Дайджест новостей венчурного рынка и ИТ-индустрии: ✅Российский производитель протезов “Моторика” привлек 1 млрд рублей льготного финансирования от МСП Банка. Сделка была закрыта в рамках спецпрограммы Корпорации МСП и Минэкономразвития. Средства будут направлены на масштабирование проекта в РФ и за рубежом, выпуск бионических протезов локтя [управляются сигналами мышц и нервной системы] и новых версий протезов кисти, а также развитие цифровых продуктов и нейротехнологий; ✅Российский ИИ-стартап Mymeet.ai привлек 16,5 млн рублей от неназванного частного инвестора. Mymeet.ai - это платформа, которая анализирует онлайн-встречи в режиме реального времени. Платформа записывает, расшифровывает и анализирует встречи, превращая их в структурированные конспекты и задачи, что помогает компаниям снижать операционные издержки и делать внутренние коммуникации прозрачнее; ✅Российская платформа автоматизации бизнеса Cue получила 20 млн рублей от ФРИИ и brainbox_I. Из них 15 млн рублей инвестировал ФРИИ в обмен на 12% компании. brainbox_I вложил 5 млн рублей, получив 4% соответственно. Оценка стартапа составила 123 млн рублей. Cue - это платформа автоматизации для бизнеса в сфере аренды, досуга и впечатлений. Сервис объединяет онлайн-бронирование, приём платежей, управление расписанием, пространствами, тарифами, клиентской базой, аналитикой и операционными процессами в едином интерфейсе; ✅Владелец лиги профессионального рыболовного спорта Pro Anglers League [PAL] Вадим Гиндин получил долю [ее размер не разглашается] в российском стартапе ArdorFishing. Сделка была безденежной. ArdorFishing запустили в июне 2026 года Антон Ермаков и Вячеслав Палилов. Стартап развивает цифровую экосистему для рыболовной индустрии, в которую входят социальная сеть для рыболовов, маркетплейс, геосервис, гибридная контент‑платформа, сервисы бронирования турбаз и рыболовных гидов, объявления, мессенджер и другие инструменты для участников рынка; ✅ФРИИ и разработчик сканера уязвимостей Metascan запустили совместный инвестиционный фонд с фокусом на российские стартапы в сфере информационной безопасности. Metascan выступает не только как эксперт, но и как соинвестор. Объем фонда может достигнуть 300 млн рублей. На инвестиции смогут рассчитывать стартапы с продуктами в сфере ИБ, ориентированные на B2B. Продукт должен быть готов либо находиться в коммерческой эксплуатации. На один проект планируется выделять от 5 до 100 млн рублей в обмен на долю в 10% компании; ✅Российская образовательная платформа для создания 3D-игр “Блоксели” привлекла 12,5 млн рублей от фонда Synergy Ventures и венчурного фонда brainbox_I. Оценка проекта составила 100 млн рублей post-money. “Блоксели” - образовательная платформа для создания 3D-игр, помогающая школам запускать современное IT-обучение для начальных классов. Платформа работает в браузере и подходит для школьной инфраструктуры разного уровня - от компьютерного класса до планшетов и смартфонов. @rusven

💰 В бизнесе важны не только деньги Хотя в мире бизнеса часто делают упор на финансовые показатели, для настоящего и устойчивого успеха требуется нечто большее. Стюард Баттерфилд, сооснователь Flickr, однажды отметил: «У вас должна быть причина заниматься своим делом. Вам должно действительно нравиться то, что вы делаете». Бизнес, основанный исключительно на стремлении к прибыли, редко бывает долговечным. Для настоящего успеха необходимы уверенные сотрудники, лояльные клиенты и крепкие партнерские отношения. Команда Flickr работает с полной самоотдачей, осознавая, что их труд оказывает реальное влияние на людей по всему миру. Перед стартом собственного проекта стоит задать себе вопрос: что именно вы хотите создавать? Если ваш ответ рожден искренней увлеченностью и стремлением приносить пользу, значит, вы движетесь в верном направлении. Истинный успех складывается не только из доходов, но и из ваших убеждений, идей и преданности выбранному пути. Фаундер | Бизнес и Стартапы

Опенсорс LLM модели - наше ближайшее будущее? После отключения Fable основной информационный шум был про старт абсолютного недоверия к Openai и Anthropic Теперь 2 компании решают, кто имеет доступ к самым продвинутым AI-моделям, а кто нет Доступ к Fable изначально был у группы авторизованных компаний правительством США В этом момент они были быстрее и умнее конкурентов. Просто потому что так решили несколько вышестоящих человек ___ В наших частных случаях - это звучит, как что-то далекое и нас не касающиеся Но теперь все мы имеем реальный риск, что наши компании или команды отключат от моделей антропика или опенаи в любой момент Сотрудник зашёл из рф? Бан Сотрудник спросил у модели что-то потенциально опасное для общества? Снижение качества модели (такие случаи уже есть) И т.д. Является ли это большим риском, если уже многие процессы переведены на AI - 1000% да Поэтому теперь идея начать процесс установки в компанию запасной опенсорс AI-модели у нас уже на повестке дня И да, это скорее всего будет китайская модель И да, вообще непонятно пока как ее адаптировать, но очень интересно в этом покопаться И очень интересно пообщаться с людьми, кто уже имеет практический опыт работы с опенсорс моделями

До-ре-ми-фа-соль-ля-си-до В музыке все знают ноты

до, ре, ми, фа, соль, ля, си Однако так как я учился по американским ютюбам и табам, у меня в голове все запомнено через: C, D, E, F, G, A, B

Мне порой тяжело понять тех, с кем играю музыку, если он говорят играть в "ля". Я сразу секунд 10 начинаю считать в голове это он оказывается "А" имеет ввиду - ну ок! Короче мой поинт в том, что кто как привык так и называет ОДНИ И ТЕ ЖЕ КОНЦЕПЦИИ. И конечно когда такие люди которые прекрасно шарят в теме, но у них разные дефолтные настройки - им надо за адаптер договориться. Так вот мои адаптеры: 1/ В sales я использую термины Sales Development Representative and Account Manager. При этом и те, и те - "сейлзы". Но в русской терминологии они называются "Охотники" и "Собиратели". Смысл тот же. 2/ "Связка" (в маркетинге) - "Customer Activation Funnel" 3/ "Траф" = "User Acquisition Channel" 4/ "SBP на дропов" = Оформить бизнес мобильных приложений как Блиновская (дробить) 5/ "Прокинь траф через мамку" = "Присоединить агентский кабинет к Meta Business Manager" 6/ "Радужный заебал" = AppStoreConnect зареджектил твой билд

📡 Дайджест статей блога Радара — выпуск июньский В блоге Радара основатели делятся настоящими историями своих продуктов. В июне вышло пять рассказов ⬇️ 1️⃣ Сидел на кухне во Франкфурте, услышал мамину фразу про студентов, которые замирают на выступлениях — и сделал приложение для AirPods. Как студент из Екатеринбурга встретил Тима Кука и набрал 25 тысяч пользователей 2️⃣ Запустились на Радаре — пришло 30 лидов, 15 закрылись в оплату на 250 000 рублей. Пошаговая стратегия Gradius: как сделать из стартап-площадки канал продаж 3️⃣ Покупатель открывает десять карточек, возвращается назад, теряется — и закрывает вкладку. Как из этого наблюдения вырос умный поиск для интернет-магазинов Реком 4️⃣ Зарубежные сервисы для презентаций ушли с рынка — два преподавателя решили не ждать замены и сделали её сами. История DiaClass, гранта и реестра ПО 5️⃣ Пицца за 32 рубля, маржа 75%, один техник на 20 киосков. Как устроена экономика роботизированного киоска ПиццаБот Читайте, задавайте вопросы, знакомьтесь с авторами! Блог Радара — это прежде всего комьюнити. Здесь можно обсуждать и делиться опытом: что сработало, какие были трудности, как их решали. Если хотите рассказать историю своего продукта, присылайте идею в @ProductRadar_blog_bot 🔥

TinyPilot через 4 года KVM — это железка для удаленного подключения к выходам на монитор и клавиатуру другого компьютера. Собственно и сокращение KVM означает всего лишь “Keyboard, Video, Mouse”. Такое оборудование традиционно используется в датацентрах, системный администратор издалека работает с “упавшим” сервером, потерявшим сеть. Продается оно в лучших традициях b2b-продуктов: интерфейсы неудобные, отгружается только большими партиями, стоит дорого. И так рынок работает десятки лет. Основатель #стартапдня TinyPilot решил, что такая штука может быть полезна и дома. Он собрал свой KVM на основе Raspberry Pi (малюсенький "учебный" компьютер) и написал для него Open Source софт. Теперь каждый может купить Raspberry в соседнем магазине и превратить его в домашний KVM. А ленивые покупают у TinyPilot уже настроенное оборудование в красивом корпусе. Гикам продукт понравился. Ежемесячные продажи - порядка 50 тысяч долларов с положительным трендом. На фоне стартапов-единорогов выручка, наверное, не впечатляет, но для фаундера-одиночки достаточно на комфортную жизнь, да и вероятность покупки бизнеса каким-нибудь гигантом - очень хорошая. Морали у проекта две. Во-первых, просто любопытно смотреть. Основатель очень много и открыто пишет о бизнесе, даже динамика продаж выставлена на всеобщее обозрение. Во-вторых, домашняя версия корпоративных продуктов - хорошая версия “свечного заводика”. — Вот такой #субботнийповтор из 2022 года. Пути стартапа и фаундера разошлись через 2 года после поста – основатель продал проект за примерно 2.5 годовые прибыли или полмиллиона долларов. Новый владелец – тоже обычный человек, не Google какой. И, кажется, он купил TinyPilot зря. На рынке появилась куча китайских аналогов в разы дешевле и гики теперь покупают их, а попытка перейти в корпоративный сегмент пока со стороны не выглядит как успех. Мой старый пост: https://t.me/startupoftheday/2382

Отцы и дети в бизнесе Бывает, люди попадают в бизнес по наследству от родителей. Папа или мама основали компанию еще в 90х, давно ей занимаются, «знают» что и как надо делать. Далее подключают ребенка в бизнес и ставят на какую-то управленческую позицию. Ребенок растет. Становится взрослым человеком с амбициями, целями, мечтами. Он работает в бизнесе родителей, начинает понимать, что чтобы ему достичь его целей - бизнес надо радикально прокачивать, строить систему, уходить от типа «семейная компания ларек-марек» в сторону серьезного бизнеса. Либо надо уходить и делать что-то свое самому. В первом и втором варианте нужно построить систему: команда, управление, финансы, отчеты, риски, маркетинг, продажи, продукт, стандарты. Переход от компании в духе БЧЖ (бизнес через жопу) в нормальную - всегда болезненный процесс с кучей саботажа. И для этого никакая демократия не подходит. Нужна 1 сильная рука, авторитарная с властью абсолютного монарха Петра I, всех загонять в циррюльни и «брить бороды». Такой рукой родитель стать не может или не хочет. Потому что если бы хотел и мог - давно бы сам уже построил. А если нет - значит у него для этого нет либо знаний - какую систему и куда строить, либо нет желания, ведь «все же как-то работало последние 10 лет». А у наследника возникает проблема - надо строить систему, чтобы вырасти в доходе, либо надо строить систему, чтобы после ухода в свое у бати все не развалилось. Но чтобы эту систему строить - нужна 100% власть. не 50%, не 80%, не 99%, не «почти я главный», а тотальная власть в одних руках. Это значит, что теперь наследник единолично решает и дивидендную политику, и может уволить своего отца с любой позции и вообще из компании, да, оставить его акционером, но уволить как сотрудника, потому что он слабый. Уволить его саботирующих систему корешей, которые с ним с 2009 года, изменить продуктовую линейку, что-то отрезать или запустить. И по-другому построить систему не получится. Иначе это патовая ситуация, где время работает против ребенка. Цели и мечты ждут, система не строиться, разочарование копится, а время идет. Начать в такой ситуации всегда стоит с честного разговора между родителем и ребенком. Выгрузить на стол все ожидания, все страхи друг друга. А оттуда принять решение, как двигаться. К сожалению, чаще всего, лучшим решением для бизнес-будущего ребенка - будет отблагодарить родителя за опыт, оставить его наедине с его бизнесом и проблемами и пойти строить свое. И если родитель на такую правду обижается - это его проблема, потому что иначе это несправедливое рабство, где ребенок хочет расти, но условий и доверия для этого роста ему никто не дает.

💳 Депозит как финансовый инструмент для компаний Депозит представляет собой размещение ценностей — денежных средств, ценных бумаг или драгоценных металлов — в кредитной организации с целью их хранения. Для бизнеса это эффективный способ сохранить активы в безопасности и одновременно получать дополнительный доход в виде процентов. Юридические лица могут использовать депозитные счета для проведения расчетов с контрагентами или оплаты различных услуг. При этом важно подобрать вид депозита, который соответствует потребностям бизнеса по срокам и финансовым целям. Депозиты бывают разными — от краткосрочных вариантов до вложений на длительный период. Они позволяют не только надежно хранить средства, но и грамотно управлять денежными потоками компании. Фаундер | Бизнес и Стартапы

📊 Тренды Компании часто реагируют на тренды слишком поздно — на их пике, что рискованно и дорого. Например, Nestle купила бренд Jenny Craig за $600 млн в 2006 году, когда мода на диеты с низким содержанием жиров уже проходила, и позже продала его с убытком. Другая ошибка — обсуждать тренды абстрактно, без анализа их влияния на клиентов, конкурентов и поставщиков. Иногда тренды превращаются в «псевдотесты» для самоуверенных руководителей, как в случае неудачного слияния Time Warner и AOL. Эффективнее искать тренды через практические инструменты. Так, PepsiCo устроила конкурс «Do Us a Flavor» для Lay’s, чтобы определить востребованные вкусы — просто, недорого и полезно для бизнеса. Фаундер | Бизнес и Стартапы

Диагноз в книге сильный, но решение вызывает много вопросов. Рис не прячет провалы, у него целый каталог, и он честно оговаривается, что это лишь верхушка айсберга. Только все смерти там про компании, которые погибли без mission-lock, от захвата и коррупции. Это доказывает, что защиты им не хватало, но ничего не говорит о том, работает ли защита, когда она есть. Компаний, которые mission-lock как раз поставили и всё равно умерли из-за него — не подняли денег, не смогли перестроиться, застряли в отжившей миссии, — в книге не найти. Свою же защиту на прочность Рис не проверяет ни разу. С доказательствами превосходства примерно та же история: он обещает «overwhelming evidence» и кейсы, которые всё докажут, а на следующей странице пишет «however» и оговаривается, что миссийные компании выигрывают не всегда. Сами кейсы — Costco, Patagonia, Vanguard, Bosch, Zeiss, все до одного выжившие. Кто разорился из-за самой конструкции, в выборку не попал. Сама защита у Риса устроена умнее, чем кажется на первый взгляд: глава про governance называется «Конституционное управление», а структуру Patagonia он описывает как несколько ролей, которые держат друг друга в узде: попечители траста, протектор, борд, директора фонда. Проблема в том, что подбирали их всех по одному признаку, преданности миссии («члены семьи и давние советники с доказанной лояльностью»), так что контролируют друг друга по сути свои же. Настоящие сдержки и противовесы держатся на том, что у ветвей разные интересы и разный источник власти: парламент не выбирается президентом, а суд не подчиняется парламенту. У Риса же и страж миссии, и тот, кто должен его сторожить, растут из одного корня и смотрят в одну сторону. Если страж со временем поедет крышей или потихоньку сдрейфует, а протектор из той же обоймы этого не заметит, поправить его будет некому. «Миссия обладает высшей властью» звучит красиво, но толкует эту миссию всё тот же узкий круг людей, и реальная власть, конечно, у них. И ведь Рис это по сути признаёт сам: в эпилоге он пишет, что любой инструмент из книги обратим, а всеми этими структурами можно и «отмыть собственную коррупцию». То есть «Incorruptible» — обещание на обложке, от которого автор на последних страницах аккуратно отступает. На упрёк в негибкости Рис тоже отвечает: структура, мол, «не смирительная рубашка», формулировку цели можно править когда угодно, подстраивая её под меняющийся рынок. Но этим он и подрубает сук: если цель правится когда угодно, то какой же это замок и где обещанное «захватить невозможно». А кто проводит грань между «уточнить формулировку» и «сменить миссию», решают опять же те самые попечители. И берёт он только удобный случай — когда миссия по-прежнему верна, а меняется лишь то, как её произносят вслух. Неудобный обходит стороной: рынок разворачивается так, что сама миссия начинает компанию убивать, и спастись можно, только отказавшись от неё. Вот тут mission-lock и запирает намертво, ведь «пересматривать, но не бросать» прямо отрезает единственный ход, который спас бы бизнес. Чем жёстче заперта миссия, тем труднее развернуться, когда она устарела, — и этот размен Рис не проговаривает. По мне, самое ценное в книге — это диагноз, и он никуда не девается от всей критики выше. «Финансовая гравитация» удачно переводит разговор о том, почему хорошие компании портятся, с морали отдельных людей на устройство самой системы, и governance Рис теребит вовремя, ведь большинство фаундеров правда сваливают его на юристов и потом на этом горят. А дальше книга оверселлит. Доказательства: одни выжившие, стража стерегут свои же, замок плохо гнётся, когда мир вокруг меняется, да и весь рецепт заточен под тех, кому внешние деньги не очень-то и нужны — та же Patagonia это ход миллиардера, для которого рост прибыли уже не так экзестенциален, а $17,5 млн налога на всю конверсию просто мелочь. Значит ли это, что рецепт и фреймворк в книге нерабочий? Вряд ли, но и не серебрянная пуля, а, скорее, стредство, требующее осознанного размена.

Отличная новость для того, чтобы прервать трехдневное молчание в канале, вызванное завалом из трех книг и нового номера «Основателей»✍️ Герой одного из моих любимых обложечных фичеров для Forbes миллиардер, сооснователь Playrix Дмитрий Бухман и его супруга Дарья будут финансировать международную Букеровскую премию — одну из главных мировых литературных премий за переводную прозу — через свой фонд Bukhman Philanthropies. Ежегодно фонд будет выделять на премию £1,4 млн в течение 10 лет. Премия теперь будет называться Bukhman International Booker Prize, а приз для победителя, который делится между автором и переводчиком, вырастет вдвое — до £100 тыс. В апреле ковидного 2020-го вышел номер с моей обложкой и текстом про то, как братья Игорь и Дмитрий Бухманы построили из Вологды компанию-единорога без единого инвестора. А прежде чем мы встретились для подсчетов состояния братьев в московском Four Seasons мне пришлось почти целый 2019-й летать по разным точкам мира в поисках неуловимых братьев-миллиардеров, которые не очень хотели быть публичными. В итоге это было, кажется, одно из самых приятных с человеческой точки зрения взаимодействий с членами списка Forbes. Нравится, как братья относятся к людям и к жизни. Кажется, очень достойный пример для многих фаундеров. @karpovaventures✍️

У вас есть пара лет, чтобы перестать продавать руки 🔵 Ещё не так давно агентства работали так. Настроил рекламу - заплатили. Собрал лендинг - заплатили. Написал тексты - заплатили. Эта модель заканчивается. Не через пять лет, а УЖЕ СЕЙЧАС. ИИ с каждым месяцем всё дешевле делает то, что вчера считалось ремеслом агентства: настройка кабинетов, креативы, тексты, лендинги. И клиенты это видят: платить за три нажатых кнопки в рекламном кабинете больше не готовы. Ручной труд как самостоятельная ценность умирает. Услышьте это: если агентство конкурирует только руками - это дорога в никуда. Не потому что вы плохо работаете, а потому что рынок, блин, меняется)) А вот что не дешевеет, так это экспертиза. Настоящая аналитика, а не циферки в табличке. Понимание бизнеса клиента изнутри. Нишевое знание, за которое набили шишки лично вы и ваша команда. Это невозможно автоматизировать, потому что это про ваш личный контекст. 🔵Агентство, которое доживёт до 30-го года, - это не контора, перепродающая руки. Это сочетание консалтинга и производства, где производство по большей части берёт на себя ИИ, а вы продаёте голову.

Хороших людей гравитация согнёт всё равно — спасает только структура. Весь вопрос в том, какая. Рис выстраивает лестницу защит по прочности, и большинство того, за что хватаются основатели, стоит на нижней ступени. Нижняя ступень — суперголосующие акции (supervoting): у основателя, допустим, десять голосов на акцию, у публичных инвесторов один. Так сделали Пейдж и Брин при выходе Google на биржу в 2004-м. Работает, пока основатель на месте. Джефф Лоусон держал контроль над Twilio через суперголоса с оговоркой о деактивации (sunset) на семь лет. Через полгода после того, как условия сработали и голоса выровнялись, его вышибли активисты, владевшие меньше чем половиной процента компании. Суперголоса привязывают контроль к человеку, а человека можно уволить или дождаться, пока истечёт срок. Ступень выше — конституционное управление: право защищать миссию вшито прямо в устав. New York Times сто лет держит редакционную независимость через акции класса B: семья Окс-Сульцбергер владеет 20% капитала, но контролирует 70% мест в совете, и это выстояло через кризисы, когда другие газеты резали редакции. Alibaba пошла иначе — 17 давних сотрудников коллективно выдвигают большинство совета. Страж миссии (mission guardian) не обязан быть основателем. Самая прочная ступень — разделить деньги и власть. Обычно владение связывает в один узел две вещи: экономику (кому идёт прибыль) и контроль (кто принимает решения). Рис предлагает их развести: инвесторам оставить экономику, а власть запереть в отдельной сущности, заточенной под миссию. Эту сущность он называет Spiritual Holding Company (SHC). Это отдельная, автономная, бессрочная структура (траст, фонд или кооператив), которая переживает любого основателя и инвестора и при этом не мешает привлекать внешний капитал. В 2022-м все акции Patagonia перешли двум новым структурам. Purpose Trust получил все голосующие акции — это 2% капитала, но 100% контроля над компанией. Остальные 98% (неголосующие) ушли в Holdfast Collective, который с них финансирует борьбу с изменением климата. Контроль и деньги оказались в разных руках. Anthropic в 2023-м учредил Long-Term Benefit Trust — purpose trust по делавэрскому праву с «золотой акцией»: у траста реальная власть над советом, но ноль экономики, попечители не получают ни доли, ни прибыли. Его единственная работа — сохранять миссию, чтобы разработку ИИ не перекрутило, сколько бы триллионов ни стояло на кону. На бирже Копенгагена компании под управлением фондов — минимум половина капитализации, среди них Novo Nordisk, Carlsberg и морской гигант Maersk. В США миллионы людей держат деньги в кредитных союзах — кооперативных банках без внешних акционеров, которыми владеют сами клиенты. В Новой Зеландии кооперативы дают 20% ВВП. Сильные структуры вшивают миссию в саму компанию. Она переживает уход основателя — момент, на котором обычно всё и ломается.

В этом столько силы сразу появляется. Вчера завтракали с Мариной Орловой. У нее своя сеть кафе и руководит ресторанами The Rink, Skolkovo Golf и др. — А как вообще с ресторанами сложилось? — Мне сейчас 50, а работаю я с 13 лет. Первую половину жизни занималась одеждой, продаже, а не производством. И в один день узнала, что продаётся пекарня. Внутри меня давно была такая мечта и я печь хлеб это точно дело, которое имеет смысл. — Вау, прям так без анализа рынка и юнит-экономики? — Да. Знаешь, я была в Турции, и говорила мужчиной художником в возрасте, а раньше он был известным врачом. Я спросила: вы до этого рисовали? Он сказал: «Да, всю жизнь, но фоном. Я был врачом, но потом понял, что старею и вообще-то скоро умру, и неужели я так и не начну рисовать? Отложил все награды и ушёл в искусство, и сейчас я самый счастливый человек на планете». Я думаю очень важно по жизни слышать свой внутренний голос и не обязательно ждать 80 лет, чтобы понять, что ты реально любишь. — А как от пекарни пришли к тому, что сейчас есть? — Первый год по ночам плакала от того как это сложно. Думала я ж одеждой занималась, какой мне хлеб. Но в итоге получилось создать классное атмосферное место. Разные гости приходили, видели атмосферу и меня стали приглашать управлять проектами крупнее. Нетворк, конечно, очень важен в жизни, но когда ты делаешь что-то необычное и классное — тебя точно заметят. Как узнать светлячков? У них свет во лбу. — А кризис в ресторанной сфере как переживаете? — Я думаю, кризис прежде всего в головах. Да, сложно, но есть и много проектов, которые растут. Я предпочитаю смотреть на них. А еще много тех, кто при этом своими силами благоустраивает города в которых живет. Меня очень вдохновляет, что Вадим Дымов делает с Суздалем, что Костя Иванов делает в Твери, Дима Алексеев во Владивостоке. Посмотри на Bellin Group в Красноярск, там теперь приток населения, туризм, иностранцы ездят. Пойми меня правильно, я знаю и про очереди за бензином и что если открою новости там будет про беспилотники. Но я выбираю смотреть в другую сторону, на других светлячков, потому что в этом столько силы сразу появляется.

Главными брендами будущего становятся не компании, а люди. Рекомендую хорошую статью People Are The New Brands, которая поможет разобраться с вопросом — нужно ли вам становиться публичным и строить личный бренд? Несколько тезисов: 1. Люди становятся сильнее брендов. Раньше доверие создавали компании, а сегодня конкретные личности. Люди подписываются не на CNN, а на Джо Рогана. Не на Nike, а на амбассадоров. 2. Контента стало слишком много, а внимания меньше. Контент можно производить дёшево, поэтому сам по себе он больше не является преимуществом. 3. Преимуществом становятся отношения с человеком. Люди склонны доверять конкретному человеку, следить за его жизнью, понимать его ценности и постепенно чувствовать личную связь. 4. Публичный основатель становится важнейшим активом. Теперь выигрывает тот, кто умеет регулярно общаться с аудиторией напрямую, а не закупает много рекламы. Публичность становится каналом привлечения клиентов, сотрудников, инвесторов и партнёров. 5. Компании больше не конкурируют только продуктами. Они начинают конкурировать людьми, которые стоят за брендом и способны годами накапливать доверие аудитории. Если у двух компаний одинаковый продукт, выигрывает та, за которой стоит человек, которому доверяют.