Наука

Планета, которой не было Метод, открывший Нептун, выглядел безупречно. Уран капризничал на орбите, астрономы предположили за ним невидимую массу, вычислили её положение, навели телескоп и меньше чем за час нашли новую планету ровно там, где сказала математика. Когда так же необъяснимо повёл себя Меркурий, Леверье применил тот же приём и объявил планету между ним и Солнцем. Ей подобрали орбиту, имя древнеримского бога огня Вулкан, а сельский врач, углядевший чёрную точку на диске Солнца, получил за открытие орден Почётного легиона. Вот только самой планеты никогда не существовало. Погоня за призраком растянулась на 60 лет, и что странно, никто из наблюдателей не лгал. Вулкан «открывали» снова и снова, но орбиты не совпадали ни с расчётом, ни друг с другом. Тот же метод, что дал науке чистый триумф, здесь завёл в тупик, а разгадка меркурианской аномалии оказалась совсем не планетой. Разберёмся, почему один и тот же приём открыл Нептун и породил фантом, и что на самом деле сбивало Меркурий с пути.

Чистая логика часто рассматривается как главный ключ к пониманию физической реальности. Математическая физика кажется удобным и простым путём что-то изучить и мы даже тут часто обращаемся именно к математическому поиску. Но в 1931 году 25-летний учёный математически доказал парадокс - даже совершенные логические системы содержат недоказуемые истины. В начале XX века, математики считали, что если им удастся сформулировать правильные основополагающие аксиомы, то каждое истинное утверждение можно будет логически доказать, не прибегая к изучению физического мира. Этим 25-летним человеком, который подпортил математику, был Курт Гёдель, и его теоремы о неполноте навсегда положили конец этим усилиям. Его первая теорема доказала, что любая непротиворечивая формальная система, способная к выполнению основных арифметических операций, неизбежно будет содержать истинные утверждения, которые нельзя доказать внутри самой системы. Его вторая теорема нанесла ещё более сильный удар - непротиворечивая система не может даже доказать свою собственную непротиворечивость, используя свои собственные правила. Гёдель продемонстрировал, что логика не является самодостаточным механизмом для генерации абсолютной истины. Если оставаться исключительно в жестких рамках формальной математической системы, рано или поздно столкнешься с препятствием, где утверждение, несомненно, истинно, но его нельзя логически вывести, используя только аксиомы системы. Для его проверки необходимо выйти за пределы системы и принять более широкую, внешнюю структуру. Это ограничение разрушает идею о том, что мы можем вывести физическую реальность, опираясь лишь на априорную логику. Если чистая математика не может гарантировать даже свою внутреннюю непротиворечивость без внешней помощи, она, безусловно, не сможет отобразить сложности физической вселенной без внешнего ориентира. Физики могут создавать бесчисленное множество прекрасных, совершенно непротиворечивых логических моделей — таких как одиннадцатимерные теории струн или гипотетические мультивселенные, - но одной лишь логики недостаточно, чтобы определить, какая из этих моделей действительно соответствует Вселенной. Во многом это портит и все надежды на голый ИИ в научном поиске. А ещё перечёркивает поиски теорий на голой математике, которые очень активно любят предлагать любители науки. Такая теория - первый шаг. Если вы тут впервые - местный чат с обсуждениями теперь отделён от канала.

Ученые создали квантовую вселенную, в которой время возникло само по себе Что если времени на самом деле не существует, пока ничего не меняется? Создав крошечную «мини-вселенную» из 24 000 ультрахолодных атомов, физики показали, что поток времени может возникать естественным образом из изменений внутри квантовой системы, безо всяких внешних часов. Исследование впервые экспериментально подтверждает идею, которую теоретики обсуждали десятилетиями: время — это не фундаментальное свойство Вселенной, а всего лишь мера того, насколько сильно меняется распределение частиц. https://hightech.plus/2026/07/10/uchenie-sozdali-kvantovuyu-vselennuyu-v-kotoroi-vremya-vozniklo-samo-po-sebe

Впервые пронаблюдали, как рождается океанское дно То, о чём геофизики знали в теории с середины XX века, наконец удалось “увидеть” вживую. На дне Индийского океана поймали момент, когда кора расходится прямо по шву — и из разлома изливается лава. Немного контекста. Океанское дно занимает почти две трети планеты, а «фабрики» по его производству — срединно-океанические хребты. Плиты растаскивает в стороны, в образующуюся щель поднимается магма из недр Земли и застывает, наращивая новую кору. Красивая схема из учебника, вот только в реальном времени её никто не наблюдал. Учёные выбрали Юго-Восточный Индийский хребет, где расходятся Антарктическая и Австралийская плиты — примерно на 6 см в год. Хитрость в том, что двигаются они рывками: участок может долго стоять на месте, а потом резко «прыгнуть» вместе с землетрясениями. Чтобы застать такой рывок, в феврале 2024-го вокруг 100-километрового отрезка хребта расставили больше 20 станций — подводные микрофоны-гидрофоны и акустические маяки, которые каждые 4 часа перекликаются звуком и замеряют расстояние. Расчёт оправдался. Приборы зафиксировали, как за считаные дни два куска коры разошлись минимум на 2 метра, а на дно вылилось около 160 миллионов кубометров лавы. @vselennayaplus

Не «привереда»: как помочь детям с ARFID Есть расстройство пищевого поведения, которое легко спутать с обычной детской привередливостью, — ARFID (избегающее/ограничительное расстройство приёма пищи). Но это не каприз: ребёнок ест слишком мало не из-за недовольства своим телом, как при анорексии, а по иным причинам. Например, нет интереса к еде, страх подавиться или что стошнит, либо сенсорное отторжение вкусов и текстур. Затрагивает это, по оценкам, от 2% до 6% детей и подростков. Загвоздка в том, что диагноз часто ставят с опозданием: ребёнка записывают в «привереды» и уверяют родителей, что «перерастёт». Многие и правда перерастают обычную избирательность в еде — но не те, у кого ARFID. Учёные из Stanford Medicine провели первое рандомизированное исследование лечения этого расстройства. Участвовали 98 детей 6–12 лет, все с недостатком веса. Их разделили на две группы с разными подходами. 🔹Семейная терапия (FBT). Штурвал у родителей: они перестраивают поведение за столом и поддерживают ребёнка, а тот постепенно берёт часть ответственности на себя. 🔹Мотивационная терапия (PMT). Здесь ведущий — сам ребёнок: через игру, любопытство и мотивацию его мягко подводят к более разнообразному рациону. Симптомы уменьшились в обеих группах и это уже прорыв, ведь раньше методов с доказанной эффективностью у ARFID попросту не было. Но значимо набрали вес только дети на семейной терапии. При мотивационной пищевые привычки менялись, а вес — нет. И чем тяжелее форма, тем заметнее выигрывала FBT. Почему это важно: без лечения ARFID грозит дефицитом витаминов (особенно A и C), задержкой роста и полового созревания. @vselennayaplus

В подготовке к презентации книги Раймона Рюйера «Кибернетика и происхождение информации» (1954) я выявил ряд интересных для себя наблюдений. Во-первых, Рюйер критикует механистическое понимание информации англо-американского кибернетического мейнстрима (Винер, Шеннон). Главный вопрос, который Рюйер ставит перед кибернетиками таков: откуда берется новая информация? В классической теории информации Шеннона информация математически тождественна отрицательной энтропии и привязана к вероятности выбора сигнала. Рюйер утверждает, что здесь происходит подмена понятий: кибернетика описывает лишь циркуляцию и обработку знаков, но игнорирует само происхождение смысла (sens).Техническое устройство лишь транслирует физический сигнал, но не понимает его. Смысл возникает только там, где есть сознающий субъект (т.н. информер). Кибернетические машины кажутся живыми и автономными только потому, что человек изначально «капитализировал» в них собственные ментальные схемы, антропоморфизировал. Сама по себе машина — это, по выражению Рюйера, «организм без головы», осуществляющий слепой процессинг. Чтобы объяснить, чем живое сознание и органический морфогенез отличаются от работы вычислительного автомата, Рюйер вводит понятие абсолютного обзора. Любая техническая система развернута в обычном физическом пространстве. Чтобы одна ее часть «узнала» о состоянии другой, сигналу нужно пройти из точки А в точку Б во времени и пространстве. Живая форма (или ментальное «Я») обладает свойством мгновенного самообладания. Сознание схватывает себя целиком без внешнего наблюдателя и без перемещения сигнала по внутренним инстанциям. Это не-пространственное, смысловое поле, где форма обладает «абсолютным обзором» над самой собой. Истинная форма (Forme vraie) по Рюйеру — это активное единство, которое конструирует само себя изнутри (как эмбрион в процессе морфогенеза), в то время как машина — это всегда механический агрегат наружных элементов (сумма частей). Рюйер возвращает понятию информации его этимологический корень — in-formatio (т.е. придание формы). Информация как не статистическая мера хаоса, а как активная, психобиологическая сила, управляющая развитием живой материи. В биологических системах это проявляется через эквипотенциальность (способность эмбриональных клеток перестраиваться и развивать целый орган вопреки повреждениям). Машина на такое не способна, говорит Рюйер: повреждение транзистора или строки кода ломает весь алгоритм, так как у нее нет идеального контура «истинной формы», которая могла бы перезапустить сборку изнутри. Во-вторых, насколько я понял, Делёз и Гваттари в «Что такое философия?» заимствуют концепт survol, чтобы описать авто-конституирование философского концепта на плоскости имманентности. Но интересно, что многие пишут о связи Рюйера и Симондона, хотя Симондон детально разбирает американцев (тех же Винера и Шеннона), ссылается на квантовую физику и биологию своего времени, Аристотеля, Платона, физиков, биологов, гештальт-психологов, математиков, но своих прямых французских конкурентов по дебатам о кибернетике часто оставляет за скобками, ведя с ними невидимый спор. Современные исследователи часто рассматривают философию Симондона в сопоставлении с философией Рюйера и говорят об их концептуальной близости. Однако прямые ссылки Симондона на Рюйера, если они вообще существуют, чрезвычайно редки и, по всей видимости, отсутствуют в его основных опубликованных трудах (например в Individuation in Light of Notions of Form and Information). Поиск по библиографии Симондона (как вручную, так и с помощью ллм, которые сперва нагаллюцинировали ссылки на Рюйера) не дал результатов о наличии прямого цитирования.Так что я полагаю, что этот «диалог» может быть концептуальным, а не текстуально выраженным в виде цитат. О связи Симондона и Рюйера можно почитаь, например, специальный выпуск Deleuze Studies Ontologies of Difference: The Philosophies of Gilbert Simondon and Raymond Ruyer (2017).

Бесконечный конвейер клеток против рака Учёные из Университета Южной Калифорнии (USC) придумали, как получить почти неограниченный запас иммунных клеток, натренированных охотиться на опухоли. Фокус тут в неожиданном ходе — начать не с готовых бойцов, а с их «заготовок». Есть такие клетки — макрофаги. Для борьбы с раком они будто созданы: умеют вползать внутрь опухоли, пожирать опасные клетки и поднимать по тревоге остальную иммунную систему. Проблема одна, зато большая: зрелые макрофаги крайне капризны. Их тяжело наращивать в нужных объёмах, трудно генетически перенастраивать, они ломаются при заморозке, а попав в организм, оседают в лёгких и печени вместо того, чтобы разойтись по телу. Учёные вместо зрелых макрофагов взялись за GMP — клетки-предшественники, которые стоят на ступень раньше и сами дают начало макрофагам. Специальный химический «коктейль» позволил долго удерживать их в состоянии роста, не давая слишком быстро повзрослеть. И даже после долгого размножения клетки сохраняли себя и исправно порождали рабочие макрофаги. Тут кроется научный сюрприз. Способность бесконечно делиться, не теряя себя, обычно приписывают только стволовым клеткам. А оказалось, что более «профильные» GMP при верных условиях тоже так умеют. Клетки снабдили химерным рецептором (CAR), который учит их узнавать метку на раковых клетках. Части добавили ещё и сигнал, поднимающий в атаку соседние иммунные клетки и T-лимфоциты. Причём срабатывал он, даже когда донор и получатель иммунологически не совпадали, — а значит, такие клетки можно готовить заранее, как «готовое к применению» лекарство, а не выращивать под каждого пациента. В опытах на мышах введённые GMP оседали в костном мозге, обживались и продолжали штамповать инженерные иммунные клетки, избегая быстрого выведения, на котором спотыкались прежние методы. @vselennayaplus