Брокколи для женщин, фасоль для мужчин? Исследователи из австралийского Университета Эдит Коуэн наткнулись на странное расхождение: одни и те же овощи по-разному связаны со здоровьем мужчин и женщин. Сразу оговорка: это наблюдательное исследование. Оно нашло связь, а не причину. Что делали. Взяли данные 638 участников долгоиграющего Raine Study, всем около 22 лет. Разбили овощи на пять групп: бобовые, крестоцветные, зелёные листовые, луковые и жёлто-оранжево-красные (помидоры, перец, морковь, тыква). И сопоставили потребление с набором ранних тревожных признаков — давление, окружность талии, глюкоза крови, триглицериды и «хороший» холестерин ЛПВП. Первое, что бросается в глаза, овощей вообще не касается. У 120 человек из 638, почти у каждого пятого, уже было минимум два фактора кардиометаболического риска. В 22 года. Обычно метаболический синдром считают по трём факторам, но планку пришлось опустить до двух: с тремя набралось слишком мало людей для анализа. Теперь про овощи. После поправок на доход, образование, физическую активность, курение, алкоголь, насыщенные жиры, общую калорийность и другие овощи в каждом поле осталось по одной значимой группе. У мужчин дополнительная порция бобовых в 75 граммов в день — полчашки в готовом виде — связана с шансами попасть в группу риска ниже на 72,2%. У женщин порция крестоцветных даёт минус 84,9%. Откуда могла бы взяться такая асимметрия? В бобовых много клетчатки, флавоноидов и сапонинов, в крестоцветных — глюкозинолатов и серосодержащих соединений. Авторы допускают, что мужской и женский организм перерабатывает их по-разному, отчасти из-за половых гормонов. Ещё один кандидат — микробиом. Прямых доказательств пока нет. @vselennayaplus

Похудели одинаково, а мозг поумнел только у одних Две группы женщин полгода сидели на одном и том же дефиците калорий и в итоге сбросили ровно поровну. Но на когнитивных тестах результаты разошлись. Единственное, чем группы отличались, — во сколько часов укладывалась еда. Устроено всё было так. Набрали 47 женщин от 50 до 79 лет с избыточным весом или ожирением, всем прописали минус 500 калорий в день. Дальше разделили: 26 участниц должны были съедать всё в пределах менее девяти часов — на практике примерно с 10 утра до 6 вечера, — а остальные питались как обычно. По факту получилось 8,2 часа против 12,3. Через шесть месяцев вес у обеих групп ушёл в среднем на 6,8 кг. А вот пространственное планирование и решение задач заметно сильнее подтянулись у тех, кто ел в сжатом окне. Ошибок в тестах на память и обучение они тоже делали меньше, но здесь разница уже не дотянула до статистической значимости. В многозадачности и скорости реакции не нашли ничего. Причём чем сильнее человек сужал окно, тем больше был прирост. Руководитель работы объясняет это так: похудение само по себе снимает часть возрастных потерь, но, судя по данным, возможна и добавка — если прекращать есть за 4 часа до сна и уложить всю еду в 8–9 часов вместо обычных 12. Тут важно понимать, зачем этим вообще занялись. Население стареет, Альцгеймер и другие формы деменции встречаются всё чаще, а у женщин, как и у людей с лишним весом, риск в среднем выше. Связь питания с этим риском находили давно, но проверок, что будет, если реально поменять привычку, до сих пор мало. Выборка маленькая, работа пилотная, авторы сами говорят, что нужны крупные испытания. Механизм не установлен: дальше собираются копать в сторону циркадных ритмов, путей, чувствующих питательные вещества, воспаления и обмена веществ. То есть пока это не рецепт, а зацепка. @vselennayaplus