Технологии, построенные на вере На The Atlantic во вторник вышел отличный текст о том, как Кремниевая долина (уже давно) разучилась отличать реальные технологические прорывы от фантазий и мошенничества. Поводом стал «You Can See Everything» — новый хит от A24 про Элизабет Холмс. В одном из эпизодов она вместе с мужем пытается привлечь инвесторов и собрать команду для Theranos 2.0. И совершенно искренне объясняет, что создание компаний — её предназначение.

Что бы она ни думала о своей вине и ответственности, кажется очевидным, что её личность неразрывно связана с её представлением о себе, как о создателе: о человеке с самыми высокими амбициями, визионере с удивительной терпимостью к риску, который создаёт что-то новое и не боится неудач, потому что её охватывает маниакальная одержимость расширением границ возможного.

Кремниевая долина так заигралась с культом предпринимателя-визионера, что постепенно ценность такого предпринимателя стала определяться исключительно масштабом его амбиций и способностью убедить окружающих в собственном видении будущего. В индустрии, где инвесторы готовы вкладывать миллиарды в ещё не существующие продукты и технологии, грань между визионерством и мошенничеством становится всё менее очевидной. Особенно когда обещания начинают восприниматься как доказательство таланта, страсти и высокой вероятности успеха. Отсюда автор статьи переходит к AI — как faith-based technology. Нам обещают беспрецедентный экономический рост, радикальную трансформацию рынка труда, исчезновение профессий и появление класса людей, которые навсегда потеряют свою экономическую ценность. Существует всё это пока исключительно в воображении людей, которые строят и продают нам такое будущее. Но если вы сомневаетесь, то значит, просто недостаточно хорошо понимаете происходящее. Потому что визионер никогда не ошибается. Если его обещания не сбылись — это лишь потому, что он слишком рано пришёл. В комментариях пдф с переводом статьи. → https://www.theatlantic.com/technology/2026/10/theranos-elizabeth-holmes-musk-flying-car/689095/

Почему многие люди ненавидят основателей стартапов — и почему Кремниевой долине стоит из-за этого беспокоиться? Вы, наверное, слышали о протестах против строительства дата-центров. Но меня довольно сильно удивила реакция стартап и VC сообщества на эту проблему. И, на мой взгляд, это симптом гораздо более серьёзной проблемы, о которой я хочу поговорить сегодня. Вместо того чтобы спросить людей (а ведь это потенциальные клиенты стартапов), почему они протестуют и чего они боятся, вместо привычных для Кремниевой долины «customer interviews», «understanding customer journeys» и «client needs» — то есть всего того, в чём стартапы так хороши, — я вижу следующую реакцию: «Нам нужны дата-центры, мы просто построим их в другом месте». А Y Combinator ещё и добавляет Compute at Sea в свой запрос к стартапам на осенний набор 2026 года. Прекрасно, просто прекрасно. Потрясающие люди… Если вы не устраняете коренную причину проблемы, решить её с помощью технологий невозможно. И это подводит нас к гораздо более серьёзному вопросу: почему многие люди ненавидят основателей стартапов? Да, когда вы создаёте что-то новое и разрушаете процессы в индустрии, вы неизбежно кому-то навредите. Невозможно быть одинаково полезным для всех. Вопрос в другом: сколько людей действительно вас ненавидят и почему? Не поймите меня неправильно. Я люблю технологии и основателей, которые меняют мир к лучшему. Это действительно замечательные люди. Они искренне хотят делать что-то полезное. Проблема в том, что иногда они настолько оторваны от реальности, сидя в своих офисах, что вообще не имеют представления о том, что происходит вокруг. Однажды у меня был частный разговор с одним основателем, который был шокирован тем, что окружающие его люди его ненавидят. И дело было не в том, что его бизнес был плохим. И не в том, что он сам был плохим человеком. Люди ненавидели его потому, что он был основателем стартапа. Люди ненавидят основателей стартапов, потому что считают, что стартапы — это зло. И вот это — самая большая проблема. Но начать следует с вопроса: почему люди так думают? Об этом я расскажу в следующем посте. Сегодня я просто хочу поднять эту тему. Я хочу закончить этот пост следующей мыслью:  Недостаточно любить человечество и делать мир лучше. Нужно также любить людей, которые находятся рядом с нами. Всех людей, независимо от их образования, дохода, IQ и т. д. В противном случае это может привести к катастрофическим последствиям. Подумайте об этом на выходных!

У Эндрю Макафи на Arena вчера вышел очень классный текст. Про то, как калифорнийские гики-предприниматели перепридумали инновационные организации.

Возможно, гики силиконовой долины и не стремились стать организационными новаторами, но обнаружили, что у них просто нет выбора. Принципы и методы, разработанные в течение XX века для управления крупной и успешной компанией, не работали в их ситуации, которая отличалась чрезвычайно быстрыми темпами изменений и жесткой конкуренцией за новые глобальные рынки. Поэтому они поступили так, как и положено гикам: они внедряли инновации, экспериментировали и не сдавались, пока не придумали что-то действительно работающее.

Что они сделали по-другому: 1. Придумали agile — и задали новый ритм для процессов Вместо waterfall — короткие циклы, в которых надо быстрее сделать что-то функциональное, получить обратную связь и переделать. 2. Культивировали научный исследовательский майндсет Любое решение надо рассматривать как гипотезу: собираем данные, делаем эксперименты, и проверяем, какая гипотеза работает лучше. Если цифры противоречат предыдущим решениям, то можно и развернуться. 3. Всегда были очень внимательны к деталям и нюансам Фокус на конкретной работе, конкретных решениях и людях, которые их принимают, на персональной ответственности. И на упрощении всего, что можно упростить. 4. Вопреки моде на интеграцию, создавали дезинтегрированные модульные команды Меньше кросс-функциональных зависимостей, обязательств, согласований. И больше автономности и модульных организационных структур. 5. Давали каждому проявить себя Если человек видит возможность что-то сделать, поменять или улучшить — у каждого была такая возможность.

Ритм, наука, наблюдательность, модульность и самостоятельность — это далеко не окончательный и полный набор принципов, описывающих, как новые бизнесы вышли за рамки устаревшей парадигмы. Но они превзошли эти ограничения. Как я писал в книге «The Geek Way» : Компании, построенные по правилам индустриальной эпохи, должны отказаться от фантазий, что у них есть хоть какой-то шанс, когда на их рынок придут гики. Сама идея, что бизнес, работающий по старым правилам, сможет эффективно ответить на вызов калифорнийских стартаперов с помощью новой реорганизации, новой стратегии или перестановок в руководстве, — просто смешна. За последние двадцать лет действующие лидеры рынка пытались делать всё это и не смогли ни остановить изменения, ни даже сколько-нибудь заметно их замедлить. Эти компании слишком медленно двигаются, слишком часто ошибаются, пропускают слишком много важных изменений и слишком медленно учатся. И при этом не дают людям достаточно автономности, возможности влиять на происходящее, смысла в работе и права голоса — всего того, чего люди хотят и на что имеют право.

Да, на самом деле этот текст описывает идеи Макафи из его книги «The Geek Way: The Radical Mindset that Drives Extraordinary Results». К счастью, у меня эта книга есть в epub — выложил в комментариях. → https://arenamag.com/articles/the-triumph-of-the-geeks

Вкусовошинг Издание The New Yorker написало про очень занятную штуку в ИИ-индустрии. Суть такая: ИИшные технобро из Долины дружно помешались на вкусе. Вот несколько цитат: - Грег Брокман из OpenAI: "Вкус - это новый базовый навык". - Основатель ИИ-конструктора сайтов Framer Кун Бок: "Лучшие продукты будут строить люди с отличным вкусом". - Пол Грэм, Y Combinator: "В эпоху ИИ вкус станет ещё важнее". - Анонимный топ из ByteDance: "Персональное чувство вкуса - это новый moat" (что такое moat - я писал тут). И т.д. и т.п., можно много такого найти. Получается, в 2026 году слово "taste" стало таким же булшитом клише в Долине, каким в 2010-х было, к примеру, слово "дизрапт". Почему так? Есть две версии - красивая и (скорее всего) реальная: Начнём с красивой. ИИ уронил стоимость производства чего угодно нефизического почти до нуля. Код, визуал, дизайн, тексты, видео, музыка - теперь с ИИшкой можно собрать за пару вечеров, причём даже без глубоких навыков. А если узкое место "сделать" больше не работает, то должно появиться новое. Вот техно-бро считают, что это вкус. Ведь что такое вкус? Это когда мы умеем из кучи вариантов выбрать самый лучший, самый актуальный, самый годный. И если ваша компания умеет давать стиль, а лично вы излучаете тотальный биллионерс, то у вас есть конкурентное преимущество. Если нет - раньше это было окей, а теперь, в эпоху ИИ, вам капец. Это в целом верно, сложно спорить. Но есть обратная сторона медали, и про неё как раз пишет автор колонки Кайл Чайка. Это чувак, который уже кучу лет описывает, как алгоритмы всё усредняют, и даже написал про это книгу "Filterworld". Он называет происходящее "taste-washing". По аналогии с гринвошингом, хелсвошингом и прочими штуками, где компании присасываются к тренду. ИИ-конторам нужно слово "вкус", потому что за пределами Долины их продукты воспринимают не как стильный выбор, а либо как фабрику нейрослопа (= говно), либо вообще как угрозу - работе, осознанному потреблению, ощущению себя и ЧЕЛОВЕЧЕСТВУ 🤣. То есть, ИИ - это технология, которая по своей природе обезличивает, а вкус даёт ей некий красивый гуманистический фасад. Но при этом реальность работает ровно наоборот: NYT недавно подсунул читателям отрывки из big literature вперемешку с ИИ-текстом, и почти половина предпочла нейротекст. Так что, ИИ не виноват, что у него нет вкуса - у людей его изначально не было, а ИИ лишь наш слепок 😈 Но особо доставляет, что на той же волне возникают ИИ-продукты для развития вкуса. Например, есть такой нишевый стартап Sublime. По сути, это закладочная читалка: вы сохраняете туда цитаты, ссылки, картинки и видосы, а ИИ подтягивает к ним связанные идеи из вашей библиотеки и от других юзеров. И в итоге должна получится "библиотека вашего личного вкуса". Плюс платные сессии, где нейронками собирают айдентику бренда "со вкусом", лол. Вкус, который вы должны вырастить вопреки ИИ, чтобы иметь конкурентное преимущество в новой реальности, вам подсказывает нейросеть. Слопо-жаба окончательно закольцевала метавселенную. Дизраптор

Главный хайп в Кремниевой долине прямо сейчас - это вкус (taste) Пока все спорят, чья модель круче, весь тех-твиттер тихо сменил баззворд. Грег Брокман из OpenAI пишет, что вкус - это новый ключевой навык. Пол Грэм вторит: когда собрать можно что угодно, вкус становится важнее кода. Про это уже выходят лонгриды в New Yorker и NYT. Логика простая: ИИ обнулил стоимость исполнения. Прототип собирается за минуту, интерфейс за один промпт. А раз сделать теперь может любой, дефицитом стало не умение собрать, а понимание, что вообще стоит строить. Это и есть вкус. Но слово вкус само по себе звучит абстрактно и снобски. Дэн Пинк разложил его на 3 понятных шага, которые качаются как навык: 1. Создавать, а не просто потреблять. Вкус растёт, когда ты делаешь руками, а не когда бесконечно листаешь чужие кейсы. Первые попытки будут кривыми и это нормально. ИИ выдаёт готовое результат, проскакивая как раз тот этап, где и формируется суждение: попробовал → вышло плохо → понял почему. 2. Вкус - это смелость сказать нет. Если вам нравится абсолютно то же, что и всем, у вас пока нет вкуса. Занять позицию - значит от чего-то отказаться. В продукте это буквально главная работа продакта: не то, что нужно добавить, а то, что вы жестко НЕ будете строить (даже когда громко просят). 3. Если ваш вкус не меняется - вкуса нет. Вкус - не застывший набор правил, а движущаяся мишень. Продакты и фаундеры, которые остаются релевантными годами, постоянно пересматривают свои ориентиры и не боятся отказываться от вчерашних любимых решений. Короче говоря, все задолбались от дженерик дизайнов и продуктов, теперь в моде уникальность. Впрочем, как и всегда, просто раньше дженерик решения было делать сложнее, а теперь они на каждом углу. @productgames

Как бы сейчас выглядел сериал Silicon valley? Недавно вспоминали с друзьями этот сериал и сетовали, что он устарел чуть более, чем полностью. И за кандидатами больше не бегают, и сокращения повальные, и бигтехи не держат людей «на пенсии», чтобы конкурентам не достались, и инвестиции совсем другого плана стали. А потом стало очень интересно посмотреть продолжение сериала в текущих реалиях! Прикиньте, как круто было бы глянуть, кто чем сейчас там занимается. Вот мне кажется, что: — Гилфойл точно завёл собственную AI-шку и обучает её, скорее всего на взлом уязвимостей, а зарабатывает на защите от AI-атак. И вообще настроил себе монстра агентного. — Динеш наверняка вайбкодит как не в себя и собирает по 10 SaaS в неделю. Например: AI-разбор откликов кандидатов для рекрутеров, или авто-спамилка на вакансии, или CRM на замену Salesforce и т.д. Но почему-то никому они не нужны — Эрлих Бахман, думаю, как всегда ищет перспективные идеи на миллиард и вкладывается в разное говнище. А зарабатывает он только на собственных курсах «AI для предпринимателей», где рассказывает как заработать миллион в неделю, используя AI. А ещё всем трындит, что термин «соло-пренёр» придумал лично он. — Гэвин Белсон точно объявил ещё в 2023м, что Hooli полностью перешёл на AI, уволил 8000 человек и сказал, что теперь в компании всё делают агенты. А через полгода выяснилось, что он просто нанял взамен 50 000 индийцев, которые и делают всё работу. — Башка явно делает безумные AI-проекты, которые абсолютно бессмысленны, но зарабатывали бы почему-то. Например, однокнопочное приложение, где фоткаешь еду и тебе приложение говорит, сколько там калорий. Башка такое выпустил и продал за миллиард. — Ричард Хендрикс, мне кажется, руководит нонпрофитом, который анализирует безопасность AI и пытается всем донести про этичный AI, но его, конечно, никто не слушает. А, и конечно, финансируют его нонпрофит сами же AI-бигтехи. — Питер Грегори (если б был жив) сторил бы AI-инфраструктуру на зелёной энергии где-нибудь в Африке — Лори Брим, уверена, убеждала бы современные AI-фонды инвестировать миллиарды в команды из 2-3 человек. Очень рационально бы всё объясняла. — Цзянь-Ян, единственный, который ещё на ML-проекте с хотдогами предвосхитил будущее, сейчас его стопудово схантили в Китай, потому что он умеет обучать модели на поразительно дешёвом железе. — А Джаред, я надеюсь, наконец-то стал бы самым востребованным чуваком, потому что зарабатывал бы на аудите AI-стартапов, оценке их финансовой адекватности. Кого я упустила? :)

Топ-менеджеры Кремниевой долины ограничили своим детям доступ к гаджетам Журналисты The New York Times опубликовали материал о том, как руководящие сотрудники и инженеры ведущих IT-компаний Кремниевой долины выстраивают правила использования технологий в собственных семьях. Несмотря на то что эти специалисты сами создают современные сервисы, нейросети и социальные сети, в воспитании детей они придерживаются строгой умеренности и жестких ограничений. Многие из них внедряют правила «без экранов» до определенного возраста, ограничивают доступ к смартфонам и соцсетям, а также отдают предпочтение частным школам без цифровых устройств. Эксперты и топ-менеджеры объясняют такой подход глубоким пониманием алгоритмов удержания внимания и потенциальных рисков экранной зависимости для психики и развития детей. Ранее той же практики придерживался и Стив Джобс.

На этой неделе я в Бостоне, уже 4 день, и я реально влюбилась в этот город Первое впечатление, если честно, было такое: «куда я приехала, тут вообще никого нет, деревня какая-то». А сейчас понимаю - это просто другая плотность жизни. Здесь уютно. Здесь бегают белки и кролики прямо у тебя под ногами, которые не боятся людей. Здесь очень чисто. Огромное студенческое комьюнити, куча молодёжи, и при этом невероятное количество классных мест поесть, прям вкусно и за 10-15 долларов, что в Нью-Йорке уже почти невозможно найти. И вот что реально удивило: город максимально адаптирован под университеты и студентов. Выходишь в десять-одиннадцать вечера, и вообще не думаешь о безопасности, просто идёшь и наслаждаешься. Для сравнения: в Сан-Франциско к четырём дня половина всё уже закрывается, кофейни не работают, и есть районы, где вечером находиться совсем не комфортно. А в Бостоне всё просто работает, весь день и весь вечер. И это меня зацепило: почему при таком количестве топовых универов (Гарвард, MIT) Бостон так и не стал второй Кремниевой долиной? Погуглила, и оказывается, тема давно обсуждается. Один из главных факторов - это исторически строгое соблюдение соглашений о неконкуренции в Бостоне, в отличие от Калифорнии, где такие ограничения почти не работают, из-за чего сотрудникам было сложнее уходить и запускать свои стартапы. Плюс более консервативный венчур: местные фонды долго давали основателям вдвое меньше, чем предлагали в Кремниевой долине. А ещё город исторически удерживает совсем небольшой процент выпускников техвузов, готовых делать стартапы, и они просто уезжают в SF и Нью-Йорк.

Тут интересный комментарий оставили к прошлой новости про гипотетическое "освоение миллиардов" на создании робота-снегоуборщика. Обвинение на сегодня абсолютно голословное, ибо не опубликованы затраты на проект - был ли там хотя бы один миллиард, я этого не видел. На контраргумент про кремниевую долину, комментатор выдал "Какая разница? Это частные деньги, и потери частные". Я тут не собираюсь никого задевать, но я не люблю, когда прут против общеизвестных или легкогуглимых фактов. Давайте разберемся не в гипотетических госбабках, объем которых неизвестен, в деле создания одного робота. А в реальных вложениях миллиардов госбабок в кремниевую долину. 1950–1960-е: Кремниевая долина родилась не как частная инициатива. В 1955 году госконтракты обеспечивали 85% доходов региона. Fairchild Semiconductor, ставшая «матерью» всей индустрии, в 1959 году имела 80% выручки от государства. Для противодействия СССР, в основном. 1958–1968: Закон о малом бизнесе 1958 года запустил программу федерального финансирования венчурных фондов. За первое десятилетие её существования государство вложило в молодые фирмы $3 млрд — более чем в три раза больше, чем дали частные инвесторы. Apple, Compaq и Intel получали господдержку через эту программу. 1970–1990-е: В 1992 году федеральные власти инициировали программу на 17 млрд долларов новых инвестиций в технологические исследования, поддержку промышленных альянсов и государственно-частных предприятий, а также налоговый кредит на корпоративные НИОКР. Главный исследовательский центр региона, лаборатория MIT (LCS), десятилетиями держался на грантах DARPA. ARPANET — прообраз интернета, создан полностью на госбабки. 2000-е: BlackRock и Blackstone основаны в конце 1980-х в основном на деньгах пенсионных фондов. К 2000-му BlackRock управлял $165 млрд. Сегодня BlackRock — $11 трлн, Blackstone — $1,1 трлн. Венчурные фонды Долины на 80% финансируются институциональными инвесторами — теми же пенсионными фондами. А 73,7% акций Blackstone принадлежат институционалам, крупнейший из которых — BlackRock (7,09%). Деньги пенсионеров через BlackRock и Blackstone идут в стартапы и обратно. Ну, это, конечно, только для того, чтобы "деньги работали" и "инфляция не съедала накопления работяг". 2022–2023: банк Кремниевой долины и "госбабки" SVB (Банк кремниевой долины) рухнул в марте 2023 года из-за того, что вложил $24 млрд депозитов в долгосрочные гособлигации США. Когда ФРС подняла ставки, эти бонды обесценились — банк продал портфель с убытком $1,8 млрд. А поскольку 94% депозитов не были застрахованы, началась паника и изъятие средств. Заплатил за это госбюджет США? Да, через FDIC. Убыток страхового фонда составил около $16 млрд, который FDIC покрывает за счёт специальных сборов с банков. Фактически, государство гарантировало все депозиты, но платят за это все банки США. Выводы делайте сами.

Эйджизм вынуждает сначала обновлять не резюме, а себя 😬 После увольнения из крупной ИИ-компании из Кремниевой долины 52-летняя Сьюзи Хименес испугалась, что проиграет молодым кандидатам и ИИ-агентам, несмотря на десятилетия (!) опыта. Поэтому перед поиском работы она начала скрывать седину, нарастила волосы и ресницы и обновила гардероб. Короче, сделала все, чтобы выглядеть моложе и убедить работодателей, что она всё ещё «подходит культуре компании». И да, это уже нормальная практика — культ молодости настолько развился, что CEO и разрабы даже моются делают пластику, чтобы показать, что выглядеть свежими и полными энергии. Кстати, Сьюзи была главой HR-отдела и сама строила этот культ. Все-таки бумеранг существует 🙏

Лемминги против скептиков: почему Долина пропустила Groq Наткнулся на интервью Джонатана Росса, основателя Groq (не путать с Grok Илона), он объясняет как по-разному устроено принятие решений у инвесторов из Долины vs. из Нью-Йорка. Groq для контекста — это компания, которая делает собственные чипы для AI-инференса (то, что запускает уже обученные модели) и продаёт к ним облако. После раунда 2025-го её оценивали в $6.9 млрд, а совсем недавно она подтвердила ещё $650 млн привлечённых денег. То есть речь про одну из самых заметных сделок в железе для AI — и мимо неё в своё время прошли почти все калифорнийские фонды. Итак, что подсветил фаундер Groq:

Типичные VC с Западного побережья ведут себя скорее как лемминги. А типичные VC с Восточного побережья все считают себя умнее друг друга.

Поэтому когда пытаешься поднять деньги на Западном побережье, стоит одному фонду вложиться — и все остальные тоже хотят зайти.

В Нью-Йорке то, что один VC инвестировал, не значит ничего. Они будут проводить собственный анализ. Им плевать, что делают другие фонды.

Обратная сторона этого: если ты на Западном побережье и один VC пасует, он пойдёт и расскажет об этом всем остальным — и они, как леминги, тоже все пасанут.

Все VC с Западного побережья не захотели в нас вкладываться. В итоге к нам зашло очень мало типичных фондов. Зато вложилась целая куча crossover-фондов с Восточного побережья.

Для справки: Фонд-кроссовер - это те кто вкладывается и в непубличные стартапы (на поздних раундах — Series C и дальше), и в акции уже торгуемых на бирже компаний. От себя добавлю важную оговорку: всё, что описывает Росс, — это про поздние стадии. На ранних раундах картина другая. Там обычно есть лид-инвестор, который ведёт себя независимо, делает свой own research и первым заходит в сделку. А вокруг него — куча фолловеров, которые пытаются запрыгнуть в тот же раунд следом за лидом. То есть стадность есть и здесь, но её запускает не «настроение соседнего офиса», а конкретный лид, взявший на себя ответственность за оценку компании. Поэтому на ранней стадии вся игра сводится к тому, чтобы найти этого первого сильного лида — дальше фолловеры часто подтягиваются сами. Андрей Резинкин | Money For Startup