Призрачный сигнал «Марса-3»: передал ли СССР первое изображение с поверхности Марса? 2 декабря 1971 года советский аппарат прошёл сквозь глобальную пылевую бурю и первым в истории мягко сел на Марс. Он развернул антенны, включил передатчик и две камеры, отработал около минуты и замолчал, не передав главного. Осталась от него узкая полоса из точек, пятен и светлых линий, которую полвека считали обрывком без содержания. Исследование 2024 года допускает, что в этой полосе спрятаны два снимка марсианского грунта. За четыре года до панорам «Венеры-9». Проблема в том, что станция, похоже, стояла с наклоном, камеры смотрели в почти однородную землю без горизонта и единого ориентира, и в 1971 году никто просто не смог опознать в пятнистой текстуре поверхность другой планеты.

С утра порадоваться (хоть чему-то) истории. Более 100 лет назад, 20 августа 1922 года из Москвы началась широковещательная трансляция радиопередач. Первая трансляция была опытной и постоянными радиопередачи стали только спустя пару месяцев. Первая трансляция была опытной и постоянными радиопередачи стали только спустя пару месяцев. Первая трансляция была опытной и постоянными радиопередачи стали только спустя пару месяцев. Первая трансляция была опытной и постоянными радиопередачи стали только спустя пару месяцев. Первая трансляция была опытной и постоянными радиопередачи стали только спустя пару месяцев. Первая трансляция была опытной и постоянными радиопередачи стали только спустя пару месяцев. Первая трансляция была опытной и постоянными радиопередачи стали только спустя пару месяцев. Несколько месяцев трансляции были экспериментальными и нерегулярными. В сентябре 1922 года в Москву привезли 12-КВт передатчик и запустили уже регулярные передачи. К марту совнарком СССР согласовал список из 11 городов, где будут построены следующие станции. Но до 1930-х годов в эфире творился абсолютный кавардак, никто никого не слушал, несколько передатчиков мешали друг другу, плюс, еще и энтузиасты тоже порядку не добавляли. Илья Ильф: «В фантастических романах главное это было радио. При нем ожидалось счастье человеческое. Вот радио есть, а счастья нет».

Ещё один важный персонаж лекции: группа The League of Automatic Music Composers (Лига авторов автоматической музыки), которая возникла на стыке технологических сдвигов и радикальной эстетики. В середине 1970-х годов композиторы из экспериментальной музыкальной среды, сформировавшейся вокруг Миллс-колледжа в Окленде, встретили появление первых персональных компьютеров, выходивших на потребительский рынок. Эти машины, называвшиеся микрокомпьютерами из-за их небольшого размера по сравнению с мейнфреймами в академической и промышленной сфере, можно было приобрести всего за 250 долларов. Их доступность ознаменовала первый случай в истории, когда частные лица могли владеть компьютерами и работать на них независимо от крупных институций. Для композиторов этого сообщества это стало поворотным событием. Впитав традиции экспериментирования, они в то время активно собирали самодельные схемы для использования в живых выступлениях с электронной музыкой. Поведение этих схем часто и определяло основной характер музыки. Идея использования самой электронной системы как музыкального актора (действующего лица), а не просто инструмента, зародилась еще у таких композиторов, как Дэвид Тюдор и Гордон Мамма. Естественным продолжением их примера стали и местные музыканты, выступавшие с самомодифицирующимися патчами на аналоговых синтезаторах. Одним из таких исполнителей был покойный Джим Хортон (1944–1998). Хортон — новатор в области электронной музыки и радикальный интеллектуал — одним из первых купил одну из этих новых машин: KIM-1 в 1976 году. Устремленный в будущее энтузиазм Хортона по поводу KIM быстро заразил остальное сообщество. За короткое время многие из нас приобрели KIM и стали самостоятельно учиться программировать их на машинном языке процессора 6502. Программы вводились напрямую в 1 килобайт памяти KIM через шестнадцатеричную клавиатуру и сохранялись на аудиокассеты — причем чем дешевле был магнитофон, тем лучше. Загрузка программ с кассеты обратно в память KIM была крайне нестабильным процессом, часто требовавшим регулярной подстройки управляющей схемы самого компьютера. Среди композиторов, учившихся программировать эти крошечные компьютеры, царил сильный дух общности. Этот общий настрой особенно помогал, когда нужно было освоить наиболее эзотерические — и порой капризные — аспекты работы с KIM-1. — Из статьи Криса Брауна и Джона Бишоффа об истории экспериментальной музыки в районе залива Сан-Франциско (Bay Area)

Фазовщики, заливщики, контуровщики. Для тех, кто помнит, что такое штифты(есть на видео) и калька. И ацкие сканеры. Наверное никто уже (кроме нейродеда) не помнит (а 95% и не знают), то в классической мультипликации были три самые пьющие профессии. Фазовщики, контуровщики и заливщики. Гениальный режисер-мультипликатор рисовал только ключевые кадры своей твердой (не всегда) рукой. На кальке. Типа мячик на земле, мячик в воздухе. Потом приходили фазовщики, и дорисовывали недостающие кадры, чтобы было 12 кадров в сек. Это примерно то, что делает любой 3Д-пакет, интерполируя движение между ключевыми кадрами, поставленными аниматором. Потом приходили контуровщики и обводили карандашные наброски жирными черными контурами и переносили все это на целлулоид. Потом приходили самые пьющие, заливщики. Они переворачивали целлулоид и заливали внутренность контуров цветными красками. Чтоб было красиво и в соответствии с колор-чартом. Переворачивали, чтобы контур был "сверху" над заливкой, если перевернуть обратно. Работа была ацкая, люди реально спивались (вы думали, откуда такая склонность выпивать не чокаясь). На видео босс рисует, остальные пока разминаются. @cgevent

Средиземноморская диета была… хлебной Современная средиземноморская диета — это оливковое масло, овощи и рыба на гриле. Реальный рацион античного Средиземноморья держался на хлебе. Император Юлиан, живший в IV веке, считал его самой питательной едой из всего, что было на столе. Зерновые давали основную массу калорий, к ним добавлялись бобовые, масло, вино и то, что уродилось в сезон. Самый подробный источник питания в то время, это врач Гален, II–III век. Разбор пищи он начинает именно с зерна и бобовых, ставя пшеницу на первое место. Хлеб у него не гарнир, а собственно еда. Белый тонкого помола — самый питательный, отрубной — на последнем месте. Оговорена и технология: хорошо вымешанное тесто и умеренный жар печи — перегретая даёт корку как черепок и сырую середину. Важность обработки Гален выяснил на себе. В деревне бедная женщина накормила его компанию варёным цельным зерном — хлеба в доме не осталось. Следующий день врач описал подробно: аппетита нет, вздутие, головная боль, мутное зрение. То же зерно становилось едой только после помола, просеивания, брожения и выпечки. Овощи и фрукты ели, но не как основу здоровья. Салат, капуста, лук, инжир, виноград, гранаты проходят у Галена скорее по разряду лекарств: послабляют, гонят мочу — а питают слабо. Овёс он и вовсе считал кормом для скота. А вот бобовые были куда важнее, чем принято думать: чечевица, нут, люпин. Гален вспоминает александрийского врача, четыре года прожившего почти на одних бобовых. Звучит как современный веган-блог — пока не выясняется, что приправлял он всё это рыбным соусом. Рыба была конечно не повседневной пищей. У Афинея, писавшего около 200 года, сохранился рецепт сицилийского повара Митека: рыбу-ремень почистить, нарезать и залить сыром с маслом. Оливковое масло на месте, лёгкости никакой. Вывод: единой античной диеты не существовало, по-крайней мере в том виде, в котором средиземноморскую преподносят диетологи. Их было много — для сытных регионов, для бедняков и для тех, кто мог платить за деликатесы. Современная версия это аккуратная реконструкция, из которой вынесли горы хлеба и сыра. @vselennayaplus

Как изобрели письменность? Часть пятая. Арамейское письмо и его бесчисленное потомство на Востоке Арамеи теряются в истории так, что даже любитель древнего Востока не всегда сходу вспомнит, кто это и откуда. На фоне египтян, вавилонян и ассирийцев небольшие полукочевые племена где-то на территории нынешней Сирии. Сам народ давно ассимилировался и после арабских завоеваний растворился среди других, а живой арамейский остался лишь у горстки общин на стыке границ Турции, Ирана, Ирака и Сирии. При этом системами письма, выросшими из арамейского, сегодня пользуется около трети человечества. Из него произошли и арабская вязь, и еврейское квадратное письмо, и индийское брахми, из которого дальше развернулся букет письменностей вплоть до деванагари. Их письмо когда-то вытеснило клинопись с её двухтысячелетней традицией и стало языком межнационального общения для целых империй, от Ассирии до персидских Ахеменидов.

Римская империя: дороги и дома Сегодня верхний этаж это вид на город и ценник пентхауса. В римских инсулах, многоквартирных домах высотой до восьми этажей, всё было наоборот. Чем выше комната, тем дешевле она стоила, потому что тащиться туда приходилось пешком по нескольким лестничным пролётам. На первых этажах магазины, наверху те, кому столица не по карману. Бывшие рабы, приезжие из провинции, беднота. Персонаж Петрония ронял горькое «если ты родился на антресолях, ты не мечтаешь о доме», а один историк сравнивал такую инсулу со складом для хранения людей. При этом именно инсулы стали прообразом современной многоэтажки и дали множеству людей саму возможность жить в Риме. Посмотрим, как устроен этот перевёрнутый дом изнутри и что ещё Рим оставил нам под ногами, от дорог до бетона, который сам себя чинит.

📉 28 лет спустя: что привело Россию к дефолту 1998 года? 17 августа 1998 года Россия объявила дефолт по внутреннему долгу и сообщила о реструктуризации государственных краткосрочных облигаций (ГКО) и облигаций федерального займа (ОФЗ). Кризис стал одним из самых тяжелых финансовых потрясений в современной истории страны. К этому моменту экономика уже несколько лет жила с дефицитом бюджета, слабым сбором налогов и дорогими заимствованиями. Власти закрывали бюджетные дыры за счет ГКО: их доходность превышала 40%, а объем выпуска с 1995 по 1997 год вырос почти в шесть раз — с 76,6 трлн до 436 трлн неденоминированных рублей. Новые займы все чаще использовались для погашения старых. Для населения последствия оказались особенно тяжелыми. В начале года доллар стоил около 6 рублей, к концу августа — 9,4 рубля, а в сентябре превысил 15 рублей. Годовая инфляция достигла 88,4%, подорожали импортные товары и продукция российских предприятий, зависевших от зарубежных комплектующих. Market Power подробно разобрал историю дефолта 1998 года и события, которые к нему привели. ➡️ Читайте по ссылке 📍 Подписаться на канал | Мы в MAX

В СССР поезд на автопилоте испытали еще в 1957 году. А спустя 15 лет вся система бронирования «Аэрофлота» с сотнями рейсов помещалась в 256 КБ оперативной памяти. Это только два примера того, как ЭВМ внедряли в обычную жизнь. Компьютеры продавали билеты, следили за вагонами, рассчитывали стройки и пытались навести порядок в сельском хозяйстве. Получалось по-разному. На стройке машина помогла понять, что для соблюдения сроков достаточно ускорить всего 10–12% работ. В с/х компьютеры упирались в качество данных: если в отчетах завышали урожайность, машина так же считала завышенные цифры. Как советские компьютеры управляли поездами, самолетами, стройками и колхозами

Glass House Каждый раз прилетая в Штаты я поражаюсь тому, как здесь умеют маркетировать любые места, а ещё как в любой глуши можно найти какой-то уникальный спот, который поразит глубиной. Так, мы взяли машину и поехали из Нью-Йорка в Новую Англию смотреть The Glass House. Поместье, павильоны и концепция дома The Glass House – это целое поместье-лаборатория площадью около 47 акров в Нью-Кейнане, Коннектикут. Сам стеклянный дом Филип Джонсон хозяин и архитектор дома завершил в 1949 году, он сделал наружные стены полностью стеклянными и убрал внутренние перегородки — радикальный по тем временам жест. Внутри все объединено в единое перетекающее пространство с кирпичным цилиндром, скрывающий ванную и камин. «Стенами» служит сам пейзаж: дом одновременно стоит в ландшафте и является его частью. Но главное то, что Джонсон полвека достраивал вокруг дома «павильоны», постройки, каждая из которых была экспериментом с формой и идеей. Так поместье превратилось в целый архитектурный кампус: ▫️Brick House — «глухой» кирпичный дом-компаньон напротив стеклянного, гостевой и одновременно прячущий инженерию. Стекло и кирпич как пара: прозрачность и закрытость. ▫️Pavilion on the Pond — миниатюрный павильон у искусственного пруда; его арки предвосхищают будущий Линкольн-центр Джонсона, но нарочно уменьшены в масштабе. ▫️Painting Gallery и Sculpture Gallery — здания под коллекцию искусства. ▫️Ghost House — «дом-призрак» из оцинкованной сетки-рабицы, сделанный для садоводства Дэвида Уитни. ▫️Lincoln Kirstein Tower — башня-скульптура, посвящённая другу Джонсона, сооснователю New York City Ballet. Джонсон любил взбираться на неё, называя это «лестницей в никуда» с ощущением «безопасной опасности». ▫️Da Monsta — привратный павильон из «искривлённых» красно-чёрных блоков, поздняя, почти экспрессионистская вещь. По сути, всё поместье-лаборатория, где Джонсон экспериментировал с разными способами жить. Он и его партнёр обитали в разных постройках, разбросанных по участку. Именно поэтому критики иронизировали, что стеклянный дом не столько жильё, сколько «салон», приёмная для гостей. Хозяин и его партнёр Филип Джонсон (1906–2005) был одной из самых влиятельных и противоречивых фигур американской архитектуры XX века. Он был архитектором, куратором и первым в мире директором музейного департамента архитектуры в МоМА. Его партнёр — Дэвид Уитни (1939–2005), арт-куратор, коллекционер и критик. Они были парой 45 лет вплоть до смерти с разницей в пять месяцев в 2005 году. Уитни вёл очень закрытую жизнь и вне арт-мира был мало известен, хотя был близким другом Энди Уорхола. Именно он формировал художественную часть поместья: отбирал и приобретал работы, знакомил Джонсона с новыми именами и вёл коллекцию в сторону послевоенной абстракции и поп-арта. В галереях поместья оказались Уорхол, Раушенберг, Фрэнк Стелла, Джаспер Джонс, Лихтенштейн, Синди Шерман, Джулиан Шнабель. Салон и культурный контекст Чтобы понять салон Glass House, надо держать в голове контекст Нью-Йорка, ставшего после войны мировой столицей искусства. Абстрактный экспрессионизм, затем поп-арт, Уорхол и его Factory, авангардный танец и музыка. Джонсон стоял в самом центре этой сети связей: он строил славу не столько на едином стиле, сколько на харизме и знакомствах с иконами культуры, а Уитни связывал его с элитой арт-мира. По выходным поместье превращалось в салон, куда из Нью-Йорка съезжались художники, архитекторы, критики, коллекционеры, среди которых Энди Уорхол, Фрэнк Стелла и Роберт А. М. Стерн. Джонсон, как хозяина был блестящий, но капризный. Гостей он мог называть «рыбами», которым «положено продержаться максимум три дня». Фраза многое говорит о смеси гостеприимства и высокомерия, на которой держался этот салон. Джонсон умер в 2005-м прямо внутри Glass House, а через два года поместье открылось для публики.

В тридцатые годы прошлого века в Гарвард обратился владелец магазинов, продающих всякую кухонную мелочевку. Как и многие нувориши, не закончившие даже среднюю школу, он верил, что наука - это такая волшебная палочка, куда с одной стороны суешь деньги, а с другой вылазит инструкция, что делать.   Так что Грант стал жаловаться, что мол, молодежь пошла уже не та, не хотят торговать кухонной утварью по 25 центов, да и вообще непонятно, в чем же секрет лучших в мире продавцов кухонных принадлежностей. И вот пусть наука и скажет, что ему, Гранту, со всем этим делать.   А он даст Гарварду небольшое, но приятное пожертвование.   "Фи, какой неотесанный мужлан", - подумали гарвардские профессора, - и еще кухней от него пахнет". Но деньги, поморщившись, взяли. Решив замутить на них исследование людей, а в ходе него заодно поспрашивать их что-нибудь про это. Ну, про посуду.   Чтобы потрафить жертвователю, исследование назвали исследованием Гранта и проект стартовал.   Ах да. Я же вчера писал о нем. Да, именно так и начиналось Study of Adult Development, ставшее одним из самых крупных и продолжительных исследований в мире.   И что особенно забавно - сделав фундаментальные открытия о человеческом счастье, с конкретным запросом со стороны бизнеса - как стать хорошим продавцом посуды - наука так и не разобралась.   Поэтому в 1954 году Грант разочаровался во этих высоколобых умниках и финансирование прекратил. Слава Фрейду, через десяток лет фонды нашлись и работа с участниками возобновилась.   В общем, теории всякие, повитать в эмпиреях - замечательно. Но натянуть всю эту теоретическую сову позиционирования, бренда, конкурентных преимуществ на реальный глобус взмыленного руководителя среднего бизнеса - намного сложнее. | MAX | подкаст | | Личная жизнь и мысли - Молчанов.Life |