Группа медиков из Китая и США оценила наличие трех сосудистых факторов риска — сахарного диабета, артериальной гипертонии и такой вредной привычки, как курение — у 12 409 человек из четырех регионов Соединенных Штатов Америки. На момент начала наблюдений все они были живы и не страдали деменцией. Средний возраст составил 56,2 года, женщин было 56%. Участников распределили на четыре группы — в зависимости от того, сколько из трех факторов риска присутствовало у каждого. Наблюдения проводили до 2022 года, их средняя продолжительность составила 26,3 года. За это время деменция развилась у 3008 человек, еще 5238 умерли, так и не столкнувшись с этим заболеванием. Главным результатом научной работы, опубликованной в журнале Neurology, стала не вероятность развития деменции сама по себе, а число лет, которые человек в возрасте 55-95 лет в среднем проживал без нее. Такой подход учитывал сразу два возможных исхода: развитие деменции или смерть до ее появления. Подробнее: https://naked-science.ru/article/medicine/bez-dementsii

От лаборатории к умным часам: как измерить кортизол Я всё больше убеждаюсь, что одна из самых интересных областей технологий сегодня находится на стыке инженерии, медицины и ИИ. Пока мы обсуждаем новые модели нейросетей, инженеры пытаются решить другую задачу: научить маленький носимый датчик непрерывно измерять гормон стресса прямо на теле человека. Сегодня уровень кортизола определяют по крови, слюне или моче. Для этого нужно сдать анализ, дождаться результата и получить всего одну цифру - показатель в конкретный момент времени. Но кортизол постоянно меняется. На него влияют сон, тренировки, питание, болезни, время суток, эмоциональная нагрузка и даже конкретная рабочая встреча. Поэтому один лабораторный анализ не показывает всей картины. И инженеры создают аналог непрерывного монитора глюкозы, только для кортизола. Самое интересное здесь не только результат, но и то, как именно они пытаются его получить. Кортизол хотят измерять не через обычный забор крови, а через пот или межклеточную жидкость. Для этого разрабатывают: — микроиглы, которые почти не ощущаются кожей; — электрохимические сенсоры; — аптамеры - молекулы, способные распознавать конкретные вещества; — новые полимерные материалы; — миниатюрные системы, которые могут работать на теле несколько дней подряд. То есть инженерам нужно одновременно решить десятки задач. Как получить достаточное количество жидкости? Как отличить кортизол от других молекул? Как сделать сенсор точным, стабильным и безопасным? Как защитить его от пота, движения, температуры и внешней среды? Как передать данные на смартфон? Как откалибровать устройство так, чтобы его показаниям можно было доверять? И это уже не просто красивые концепты из лабораторий. Появляются первые испытания на людях. Например, стартап Adaptyx показал многосуточное измерение свободного кортизола с фиксацией его естественного суточного ритма и сопоставимостью с анализами венозной крови. Но дальше начинается ещё более сложная инженерная задача. Одного сенсора недостаточно. Нужно научиться правильно интерпретировать полученные данные. Высокий кортизол после тренировки - это нормально. Высокий кортизол утром тоже может быть нормой. А вот изменившийся суточный ритм, отсутствие восстановления или необычная реакция на нагрузку уже могут говорить о проблеме. Поэтому вокруг одного маленького датчика постепенно формируется целая система: сенсор → передача данных → алгоритмы обработки → персональная модель организма → рекомендации для человека или врача. И здесь появляется ИИ. Сегодня умные часы пытаются угадать стресс по косвенным признакам: пульсу, дыханию, температуре кожи и движениям. А прямое измерение кортизола может дать инженерам данные, на которых будут обучаться гораздо более точные модели. Тогда устройство сможет не просто сообщать: «У вас высокий уровень стресса». Оно сможет понимать, как именно ваш организм реагирует на недосып, кофе, перелёты, спорт, рабочие встречи или хроническую нагрузку. Когда-то инженеры сделали возможным непрерывное измерение глюкозы и изменили подход к лечению диабета. Теперь они пытаются сделать то же самое с кортизолом. И мне кажется, что главный технологический прорыв здесь не в том, что часы научатся показывать ещё одну цифру. А в том, что инженеры постепенно создают новый интерфейс между человеком и его собственным организмом. Ссылки на источники: spectrum Stanford https://t.me/kruasanova_as Всё ещё пишет сама и ищет новые способы взаимодействия

Суперэйджеры: дело оказалось не в генах Есть люди, которые в 80 и 90 лет помнят так же хорошо, как те, кто на несколько десятилетий моложе. Их называют суперэйджерами, и память тут — именно критерий отбора: кандидатов выявляют развёрнутыми когнитивными обследованиями, а не опросником. Но сам феномен шире одной только памяти. Почти два десятилетия учёные описывают связанные с суперэйджингом черты (мозговые, биологические, психологические и социальные) и говорят об исключительном когнитивном старении в целом. Всё это время висело простое и скучное объяснение: а вдруг суперэйджерам просто повезло с генетикой? Не досталось наследственного риска болезни Альцгеймера — вот память и держится. Если бы гипотеза подтвердилась, искать суперэйджеров можно было бы обычным генетическим тестом вместо долгих когнитивных обследований. Гипотезу взяли и проверили. Исследователи из HAARC и института TGen собрали 142 суперэйджера и 89 пожилых людей с обычными для возраста показателями памяти. Из образцов крови выделили ДНК и посмотрели в первую очередь на APOE, ген с самым сильным известным влиянием на риск поздней формы Альцгеймера. Дополнительно посчитали три полигенных индекса риска — это когда информацию по тысячам вариантов генома сводят в одну оценку наследственной предрасположенности. Результат: по APOE и по полигенным индексам две группы надёжно не различаются. Отдельно поискали редкие защитные варианты, которые раньше связывали с устойчивостью к болезни, — у суперэйджеров они встречались не чаще, чем у остальных. Видимо, отсутствие факторов риска и наличие факторов защиты — совсем не одно и то же. А значит, меняется и сам вопрос. Не «почему они не заболели», а «какие активные механизмы охраняют их мозг». Среди кандидатов — структура и связность мозга, устойчивость к воспалению, состояние сердца и сосудов, сон, физическая активность, социальные связи. Одного универсального объяснения никто не ждёт. Дальше исследователи планируют совмещать когнитивные тесты с нейровизуализацией, биомаркерами крови, генетикой, нейропатологией, иммунным профилированием и отслеживанием сна и активности. @vselennayaplus

Целебные домашние глисты! Дикие глисты нам вредят, а вот одомашненные могут помочь. В соседнем зверском чате всплыл вопрос, что человеки болеют разными аллергиями и другими аутоимунными заболеваниями. Их по большей части запускает оставшаяся без работы подсистема борьбы с паразитами. Гипотеза в том, что если заставить эту подсистему подметать плац ломом и чтобы задолбалась — лучше, чем если она будет шариться по организму и искать приключений. Иммунная регуляция человека миллионы лет калибровалась в присутствии гельминтов (они давят воспаление, иначе хозяин бы их отторг). Если убрать эту постоянную поправку, то система идёт вразнос. Предложили яйца свиного власоглава Trichuris suis. Он не размножается в человеке, живёт 3 недели, потом там же дохнет и становится условно-полезным белком. В 2005 его в рамках глистотерапии подсадили через рот 54 пациентам с язвенным колитом. Болезнь неприятная, иммунная система начинает атаковать слизистую собственного кишечника. Понос с кровью, сильные боли, вот это всё. Лечат противоспалительными и стероидами, это даёт мало эффекта и ведёт к побочкам. Свиного власоглава давали перорально в виде яйца: — 30 человек с тяжёлым колитом, не поддающимся другой терапии, пили 2500 яиц паразита каждые 2 недели — 24 таких же пили пустышку В первой группе значительное улучшение наступило у 43,3% пациентов (13 из 30). В группе плацебо улучшение было только у 16,7% (4 из 24). Разница статзначимая. Побочек не было. Выборка маленькая для клинических рекомендаций. В 2011 смотрели уже рассеянный склероз — когда иммунитет атакует миелиновую оболочку нервов головного и спинного мозга. Взяли 5 пациентов, назначали такую же глистотерапию по 2500 яиц. Потом стали делать МРТ с контрастным гадолинием для поиска свежих очагов. — До начала лечения у пациентов в среднем было 6,6 новых активных очагов воспаления на братах МРТ. — К концу 3-го месяца количество новых очагов упало в три раза — до 2. — Через 2 месяца после того, как пациенты перестали пить яйца, воспаление вернулось — среднее число новых очагов снова подскочило до 5,8. Сначала у пациентов подскочили эозинофилы и С-реактивный белок (маркер воспаления) — это организм заметил вторжение и начал реагировать. Потом в крови вырос уровень специфических антител именно к выделениям этого червя — то есть личинки вылупились и присосались к кровотоку в стенке кишечника. У 4 из 5 пациентов в крови вырос уровень цитокинов IL-4 и IL-10. Паразит выделяет вещества, которые заставляют иммунную систему снизить градус агрессии. Вероятно, это системное успокоение иммунитета и привело к тому, что он перестал атаковать нервные клетки в мозге. Выборка очень маленькая (больше 5 человек они не нашли, это пилотное исследование) и без плацебо-контроля. В 2017 зашли на болезнь Крона (тоже атака по кишечнику) с нормальной методологией. Болезнь обычно лечат жёстким подавлением иммунитета. Взяли 252 взрослых пациентов и разделили на группы: плацебо, 250 яиц, 2500 яиц, 7500 яиц раз в 2 недели. Результаты через 3 месяца: — 250 яиц — поправились 38,5% — 2 500 — поправились 35,2% — 7 500 яиц — поправились 47,2% — Плацебо — в ремиссию ушли 42,9% пациентов. Разница статистически незначима. Уровень реального физического воспаления в кишечнике (по анализам кала и крови) не снизился ни в одной из групп. Был контроль эозинофилов и антител, то есть все там вылупились. Работа крута тем, что тут подняли планку эффективности плацебо до небывалых высот — идея глотания червей оказала лютый психологический эффект на пациентов. На этом опыты пока остановились. Гипотеза хорошо подтверждена на мышах, сейчас фокус — выделить конкретные подавители иммунитета (возможно, выборочные) и пробовать что-то с ними. Глистов больше пить пока не дают. Так что не будет у вас внутреннего одомашненного Зиновия. -- Вступайте в ряды Фурье! | Самые живучие посты — Здравствуйте, доктор, я вам звоню из Владимира. — Откуда звоните? — Из Владимира. Я живу во Владимире!

Сальса, танго и когнитивный тест Большое двухлетнее исследование в Латинской Америке показало любопытную вещь: дело не только в том, что именно человек делает для мозга, но и в том, сопровождает ли его кто-нибудь на этом пути. Проект LatAm-FINGERS при поддержке Ассоциации Альцгеймера охватил 1065 человек старшего возраста с повышенным риском деменции — 12 центров в одиннадцати странах, от Аргентины и Бразилии до Мексики, Перу и Доминиканы. Участников случайным образом развели на две программы. Обе строились на одном наборе: физическая активность, питание, когнитивные тренировки и общение. Разница была в плотности сопровождения. 539 человек попали в систематическую программу: тренировки под присмотром, консультации по питанию, компьютерные когнитивные упражнения, контроль сердечно-сосудистых рисков и 38 групповых встреч — ради общения и взаимной ответственности 526 человек получили гибкий вариант: общие рекомендации и четыре встречи за два года, без постоянного коуча и контролируемых занятий Отдельная часть работы — адаптация под местную культуру. Вместо абстрактной «физкультуры» — сальса, танго и групповые занятия в городских парках. Диету MIND пересобрали под привычную еду: авокадо, киноа, асаи, агуайманто, чиа и тыквенные семечки. Тем, кто плохо ладит с гаджетами, помогали отдельно. Улучшения, к слову, были в обеих группах. Но через два года прибавка по совокупному показателю когнитивных функций у «систематической» группы оказалась на 55% больше, чем у «гибкой». Заметно лучше стали память, управляющие функции и скорость обработки информации. Ключевой вывод авторы формулируют просто: структура и социальная поддержка решают. @vselennayaplus

Почему в невесомости трудно глотать Глоток кажется пустяком ровно до тех пор, пока не начнёшь его разбирать. В одном движении участвуют больше тридцати мышц и несколько нервов, и всё это должно сработать в строгой последовательности: еда идёт изо рта в пищевод, а дыхательные пути в это время захлопываются за долю секунды, чтобы ничего не попало в лёгкие. За день человек проделывает это сотни раз и не замечает. На эту тему высказался Сундип Венкатесан — специалист по нарушениям глотания. И вопрос он ставит неочевидный: как на всю эту механику влияет орбита. Сама по себе гравитация для глотания не обязательна — глотать можно и лёжа, и на МКС астронавты прекрасно едят и пьют. Но по мелочи она всё-таки помогает: собирает слюну во рту и подталкивает пищу вниз по пищеводу после каждого глотка. А главное — в невесомости жидкости в организме уходят вверх, к голове. Отсюда одутловатые лица и заложенный нос. Меняется и давление в области рта и глотки. Дальше по цепочке. Заложенный нос убивает обоняние, а оно даёт большую часть того, что мы считаем вкусом. Плюс многим блюдам в космосе не хватает привычной текстуры — того же хруста. Итог: астронавты нередко едят меньше ожидаемого и теряют вес. А питание держит и мышцы, и иммунитет, и ясность головы. Отдельный сюжет — слюна. Исследования показывают, что микрогравитация может менять её выработку и состояние полости рта: сказываются перераспределение жидкостей, обезвоживание и сдвиги в стрессовом ответе. Слюна ведь не просто увлажняет — она размягчает пищу, лепит из неё компактный комок и защищает зубы. При сухости во рту крекер ощущается как песок. На Земле это неудобство, а в двух-трёхлетнем полёте к Марсу, без больниц и эвакуации, — уже риск. Меню, впрочем, эволюционирует. От пюре из тюбиков дошли до тортилий, острого коктейля с креветками, регидратируемых макарон с сыром и свежих фруктов с грузовиков. Сейчас разрабатывают еду для 3D-печати: под неё можно подгонять не только состав, но и текстуру — примерно как это уже делают в больницах для людей с нарушением глотания. @vselennayaplus

Похудели одинаково, а мозг поумнел только у одних Две группы женщин полгода сидели на одном и том же дефиците калорий и в итоге сбросили ровно поровну. Но на когнитивных тестах результаты разошлись. Единственное, чем группы отличались, — во сколько часов укладывалась еда. Устроено всё было так. Набрали 47 женщин от 50 до 79 лет с избыточным весом или ожирением, всем прописали минус 500 калорий в день. Дальше разделили: 26 участниц должны были съедать всё в пределах менее девяти часов — на практике примерно с 10 утра до 6 вечера, — а остальные питались как обычно. По факту получилось 8,2 часа против 12,3. Через шесть месяцев вес у обеих групп ушёл в среднем на 6,8 кг. А вот пространственное планирование и решение задач заметно сильнее подтянулись у тех, кто ел в сжатом окне. Ошибок в тестах на память и обучение они тоже делали меньше, но здесь разница уже не дотянула до статистической значимости. В многозадачности и скорости реакции не нашли ничего. Причём чем сильнее человек сужал окно, тем больше был прирост. Руководитель работы объясняет это так: похудение само по себе снимает часть возрастных потерь, но, судя по данным, возможна и добавка — если прекращать есть за 4 часа до сна и уложить всю еду в 8–9 часов вместо обычных 12. Тут важно понимать, зачем этим вообще занялись. Население стареет, Альцгеймер и другие формы деменции встречаются всё чаще, а у женщин, как и у людей с лишним весом, риск в среднем выше. Связь питания с этим риском находили давно, но проверок, что будет, если реально поменять привычку, до сих пор мало. Выборка маленькая, работа пилотная, авторы сами говорят, что нужны крупные испытания. Механизм не установлен: дальше собираются копать в сторону циркадных ритмов, путей, чувствующих питательные вещества, воспаления и обмена веществ. То есть пока это не рецепт, а зацепка. @vselennayaplus

Почему телефон у уха не опасен Разберёмся, откуда взялся страх перед излучением смартфона — и почему физика против него. Всё излучение вокруг нас — это электромагнитные волны, но они очень разные. Ключевой параметр тут, это энергия. У рентгена она высокая: такому кванту хватает сил выбить электрон из молекулы, повредить ДНК и запустить рак. Это называют ионизирующим излучением. А вот радиоволны, на которых работают связь, Wi-Fi и навигация, сидят на самом слабом краю спектра: длинная волна, низкая энергия. Ионизировать молекулу и «сломать» ДНК им попросту нечем. Даже микроволновка, что стоит энергетически повыше телефона, максимум умеет нагревать, но не ионизировать. Теперь к доказательствам. В 2019 году ВОЗ заказала 13 обзоров о влиянии электромагнитных волн на здоровье — от головной боли и фертильности до онкологии. Обзор — это не одно исследование, а сведение всех накопленных работ с оценкой их качества. Авторы обзора по раку мозга взяли 63 исследования за 1994–2022 годы и не нашли связи между использованием телефона и опухолями мозга, головы или шеи. Не сыграли роли ни интенсивность звонков, ни стаж — даже свыше десяти лет. Важнее всего здесь железная эпидемиологическая логика: если бы телефоны провоцировали рак мозга, то по мере того, как ими обзавелась вся планета, заболеваемость должна была поползти вверх. Она не ползёт. По многим другим эффектам данных пока мало или они низкого качества, так что твёрдых выводов там нет. И, как пишут сами исследователи, ни один научный метод не способен доказать абсолютное отсутствие риска. Но конкретно по раку мозга доказательства получили высший из возможных для наблюдательных исследований уровень надёжности. Если переводить на человеческий: держать смартфон у уха можно спокойно. @vselennayaplus

Бедность убивает И дело не только в качестве пищи, доступе к хорошей медицине и часто сопутствующим бедности вредным привычкам вроде курения всякого дерьма и листания тик-тока. Тут, оказывается, есть научные факты, и они все удивительно прицельно бьют в одну точку: быть бедным действительно вредно для здоровья, на уровне мозга. 1. Воспаления от потери статуса Snyder-Mackler и коллеги провели исследование на макаках: учёные пересаживали самок макак в новые группы, где менялся их ранг в иерархии, и отслеживали изменения в иммунной системе. В результате изменения в социальном статусе сопровождались изменениями в соотношении разных типов иммунных клеток, и при понижении ранга у макак начиналось хроническое воспаление. Это связано с тем, что мозг не разделяет физическую рану и социальную угрозу, воспринимает потерю статуса как нападение хищника и включает единую древнюю программу защиты. Самый сильный эффект имеет резкая, а не постепенная потеря статуса. Из простых примеров — потеря работы. Есть и хорошие новости: эффект обратим, достаточно лишь вернуть статус. 2. Когнитивный налог на бедность Постоянная нехватка ресурса (денег, времени) заставляет мозг фокусироваться на текущей проблеме — это называют туннельным зрением. Такой фокус отнимает существенную часть пропускной способности ума. Как следствие, ресурсов на планирование, обучение, принятие взвешенных решений начинает не хватать. Результат — бедность приводит к недальновидным решениям, которые не позволяют выбраться из бедности. 3. Удар по интеллекту Постоянные проблемы с деньгами могут ускорять старение мозга. Поэтому поговорка "лучше быть богатым и здоровым, чем бедным и больным" теперь больше звучит как научный факт, а не ирония. В Великобритании десятилетями наблюдали за ~3000 испытуемых 1946 года рождения. У тех, кто годами испытывал финансовые сложности, когнитивные возможности оказались ниже. Так что да, долгосрочная тревога о финансах делает нас глупее. Давайте в выходные примем наконец решение быть богатыми, чтобы как можно дольше оставаться умными! А мне важно ваше мнение: ❤️ — зашло 👀 — пришлось напрячься

RTP Global вновь инвестировал в швейцарский стартап Ahead Health. Фонд Леонида Богуславского и 3VC возглавили раунд на $10 млн. Ahead Health был создан в 2024 году. Стартап разработал платформу для ранней диагностики заболеваний. Она позволяет заказать комплексные профилактические осмотры с предоставлением услуг МРТ всего тела, компьютерной томографии и расширенной диагностики крови. Платформа Ahead Health преобразует сложные медицинские данные в персонализированные, понятные рекомендации. Полный процесс обследования, проводимый компанией, занимает порядка 30 минут, после чего пользователи получают личный план здоровья. По собственным данным Ahead Health, около четверти пользователей сервиса смогли выявить у себя ранее неизвестные медицинские проблемы. В начале этого года RTP Global инвестировал в Ahead Health. Фонд Леонида Богуславского возглавил раунд на $6 млн при участии Tiny․VC, Pareto 20 и нескольких бизнес-ангелов. Привлеченные средства будут направлены на масштабирование бизнеса в Европе. RTP Global [до 2018 года ru-Net] был создан в 2000 году. Инвестирует компании ранних стадий. Фокус фонда - ИИ, e-commerce, финтех, фудтех, транспорт. @rusven

У мозга свой возраст, и он не совпадает с паспортным Прогоните МРТ-снимок через обученную модель — она назовёт возраст мозга. Иногда он совпадает с реальным, иногда мозг выглядит старше или моложе хозяина. Эту разницу называют PAD, predictive age difference. Положительный PAD означает, что мозг постарел быстрее человека. Учёные решили выяснить, какие болезни оставляют след на этих часах. Масштаб исследования серьёзный: структурная МРТ 45 900 здоровых участников из нескольких баз нейровизуализации. С ними сравнили 2698 человек с СДВГ, расстройством аутистического спектра, алкогольной или табачной зависимостью, болезнью Альцгеймера, лёгкими когнитивными нарушениями, шизофренией, биполярным расстройством или большим депрессивным расстройством. Сильнее всего разрыв оказался при болезни Альцгеймера и лёгких когнитивных нарушениях. Зависимости и психиатрические диагнозы вроде шизофрении тоже связаны с «постаревшим» мозгом. А вот у людей с СДВГ и аутизмом отличий от контрольной группы не нашли вообще. Самое любопытное — каждое состояние оставляет свой рисунок. Префронтальная кора стареет ускоренно почти при всех расстройствах, это общий знаменатель. Психиатрические диагнозы бьют по лобным и височным долям. Деменция — по лобной и затылочной коре. А зависимость идёт совсем другим маршрутом: сеть пассивного режима работы мозга и салиентная сеть плюс скорлупа и таламус. Нашлись и специфичные для каждого состояния различия в активности генов. Важная оговорка: это связи, а не причины. Из данных не следует, что болезнь состарила мозг или что постаревший мозг вызвал болезнь. Картину дополнительно путает коморбидность — психиатрические расстройства и зависимости часто идут в паре. Разные расстройства оставляют разные подписи на часах старения мозга, и это может помочь понять, какие биологические пути за ними стоят. А со временем — собрать из PAD полноценный биомаркер. @vselennayaplus

Я периодически пишу, мол "охохо, наши проблемы – наследие того, что эволюция идет медленно и мы, приспособленные к жизни падальщиков в саваннах плейстоцена, вынуждены делать шортсы" Отчасти утрирую. Куча наших нынешних фундаментальных проблем заложились не в саванне, а сравнительно недавно, в эпоху неолита. Он прекрасен тем, что примерно 10 000 лет назад наши предки перешли от кочевой охоты и собирательства к оседлому земледелию и скотоводству. И, соответственно, стали жить в критической, практически интимной близости со всеми этими животными. Спали и ели в облаке чужих биологических жидкостей, навоза и шерсти. Так вот. Практически все самые страшные инфекции, от которых человечество дружно дохло на протяжении тысяч лет - чума, оспа, туберкулез, корь, грипп и полиомиелит - зоонозы. Они перешли к нам от одомашненных животных. Чтобы человеческий вид не вымер, эволюции пришлось экстренно принимать меры. В отсутствии медицины и гигиены она начала на полную мощность раскочегаривать нашу иммунную систему. Но вот наступил двадцатый век. Мы научились мыть руки перед едой, хлорировать воду, изобрели пенициллин и множество вакцин. Большинство инфекций были побеждены. А паранодиальная иммунная система сохранилась. Армия осталась, а фронт исчез. В итоге мы получили лавинообразный рост аутоиммунных заболеваний. Рассеянный склероз, Крон, ревматоидный артрит, да хоть псориаз и даже аллергии - следствия неолитической партизанщины нашего иммунитета. Эволюция сработала на «дожитие до репродуктивного возраста», а не на отсутствие артрита в 40 лет. И современная наука до сих пор во многом фиг знает, что с этим делать. Как и многие, увы, могу подтвердить лично) | MAX | подкаст | | Личная жизнь и мысли - Молчанов.Life |