— а что с джунами будет, Кость? — я вижу людей, которые нанимают джунов. они существуют. — успокоил) созванивались с Костей Горским (ссылка на канал). Костя много лет строил дизайн в Яндексе и Intercom, а сейчас в Ирландии делает hirehire: агентство по найму дизайнеров, продактов и разработчиков и ai-агента для рекрутеров. то есть смотрит на рынок найма с обеих сторон. статистику не смотрел, говорит Костя. нанимают, думаю, меньше. но если идешь в стартап, можно взять суперталантливого выпускника, который уже ai-native, и он перформит прикольнее, чем средний мидл или даже сеньор, который увяз в старых парадигмах и планирует на полгода. приходит бодрый студент, на вайбе: да сейчас за неделю все запилю. вот эта энергия ценна, таких нанимают. а среднему джуну не позавидуешь. раньше, чтобы стать сеньором, надо было начать с джуна. как теперь входить в профессию — хз, честно говоря. рынок поляризуется. ai-лабы в долине перекупают ресерчеров, как спортсменов, за десятки миллионов. ребята из хороших компаний не успевают начать искать, они завалены офферами. а дальше бесконечный хвост нормальных людей, которые по полгода ищут работу. уже и дизайнеры. никто из нас в детстве не мечтал стать рекрутером, говорит Костя. сидеть и сорсить по линкедину часами каждый день, перекладывать бумажки — soul-crushing работа за минимальную ставку. люди вынуждены так работать. и, может быть, лучше их от этой работы спасти, пусть займутся чем-то более прикольным. но как им с этим помочь — вопрос философский. а у меня другой вопрос. что отличает джунов, которые горят? либо амбиция, либо попадание в свой внутренний нерв — что вот оно, мое, я хочу это драйвить. но это процентов 10-15%. а остается еще длинный хвост всех остальных. и социальные лифты ломаются. раньше как было — ты отучился и знаешь, что можешь получить entry-level позицию, которая тебя нормально обеспечивает. а сейчас отучился, и это уже ничего не значит. а следующие лифты еще не придуманы. любопытно, что как будто бы либо ты попадаешь в свое, либо у тебя меньше вариантов быть не собой. — в такой формулировке звучит как позитивное изменение. хотя оно, наверное, очень… — болезненное.

Фарма не платит за AI Посмотрел интервью Алекса Жаворонкова у Осетинской. Про часы старения и рентосертиб я писал месяц назад, и меня удивило, насколько откровенно Алекс рассказал, как компания, которую называют главной AI-фармой мира, чуть не умерла, продавая именно AI. В 2014-м Insilico пришла к фарме с тем, что до сих пор считают святым граалем: нейросеть находит новые мишени для лекарств. Фарма вежливо слушала и платила $25–100 тысяч из бюджета на эксперименты. Большие деньги шли на проверенные мишени и хорошую химию под них. В 2015-м главный химик одной европейской фармы позвал Жаворонкова на ланч и объяснил смысл жизни: новые мишени нам не нужны, займись химией и генерируй молекулы с заданными свойствами. В химии Жаворонков тогда разбирался не сильно и сам вспоминает анекдот про сову, которая советует мышам стать ёжиками, а как - не её дело. Ёжиками они в итоге стали. К 2016-му денег оставалось на три месяца. Он продал всё, заложил квартиру, платил сотрудникам с личного счёта и ездил на конференции втроём в одном номере. Этого хватило на два раунда синтеза в Китае. Химики написали, что структуры страшные, как крокодилы, но молекулы по ним синтезировали, а через несколько недель позвонили: приезжай в Шанхай, всё работает. В WuXi, крупнейшей контрактной лаборатории мира, хотели купить у Insilico только генерацию структур - старение и миссия их не интересовали. Insilico не продалась, и WuXi вместо покупки помогла собрать первый раунд: $6 млн в 2018-м, потом $37 млн. Сейчас, по словам Жаворонкова, такую сумму поднимают двумя звонками. Десять лет спустя у компании три слоя бизнеса, и каждый он описывает его так:

1. Софт для фармы, 3500 пользователей. Весь рынок около $1 млрд, маленький 2. Молекулы под чужие мишени, $20 млн авансом. Тоже маленький, пыль в глаза 3. Собственные молекулы, которые фарма покупает на аукционе. В этом году девять сделок на $7 млрд. Eli Lilly дала $115 млн сразу и до $2,7 млрд по этапам за портфель ранних молекул.

Первые два слоя построили инфраструктуру - роботизированные лаборатории и большую сеть контрактных организаций, а деньги приносит третий. Китайские компании в этом смысле прагматичнее и не называют себя AI-лабами. Они говорят: мы делаем препараты, приходи и покупай. У одной из них 150 клинических программ и сделки с GSK и BMS на $12 и $15 млрд. Главным активом Жаворонков считает размер экспериментальной базы, он важнее алгоритмов: чем больше экспериментов, тем выше шанс случайной находки. Так Insilico нашла обезболивающее сильнее морфина. Контрактная лаборатория предложила бесплатно прогнать две лишние молекулы на моделях боли, одна сработала и это новый механизм на рынке в $100 млрд. Карп в интервью, которое я разбирал, спрашивал: если модель приносит миллиарды, почему за неё берут по токенам, а не долю? История Insilico - это развёрнутый ответ. Anthropic, судя по заходу в разработку лекарств, идёт тем же путём, только на десять лет позже. AI как продукт - маленький рынок: его быстро копируют, а платят за него из бюджета на эксперименты. Деньги без потолка появляются, когда AI помогает быстрее и дешевле произвести актив, за который ты сам отвечаешь. Для вертикальных AI-компаний вывод неудобный: продаётся результат, под который ты поставил свои деньги и репутацию, а инструмент сам по себе продаётся плохо. При этом инвесторы предлагают Жаворонкову полмиллиарда, лишь бы он ушёл делать foundation models, то есть снова зовут в тот слой, на котором компания чуть не умерла. Крутая история. Семь лет назад Алекс предсказал, что сможет откатить часы старения, а потом построил под это компанию, довёл несколько препаратов до второй фазы испытаний и нашёл бизнес-модель, которой до него в отрасли не было. @maxvotek | linkedin | substack

Ликвидация российских ETF от ITI Funds, или как потерять 80% от вложенного Писал на прошлой неделе на своем втором канале про то, как идет ликвидация фондов FinEx – там ликвидаторы зарезервировали 5,5% от денег, вырученных с распродажи активов внутри фондов, под «ожидаемые расходы на ликвидацию». Выглядит, конечно, обидно! Но я хотел написать о том, что, вообще говоря, могло быть и гораздо хуже… Смотрите, была такая управляющая компания ITI Funds, которая запустила в 2018 году на Мосбирже два биржевых фонда – это были единственные, помимо линейки FinEx, «настоящие» ETF (а не БПИФ по российским правилам) на рынке РФ. Супер-популярными эти два фонда от ITI так и не стали, к концу 2021 года внутри них накопилось всего $14 млн активов: $7,5 млн в фонде RUSE на российские акции и $6,5 млн в фонде RUSB на российские евробонды. Чисто для сравнения: у Финексов на тот момент совокупный AUM всех их фондов составлял порядка $1,3 млрд – то есть, почти что в сто раз больше, чем у ITI. Потом случился февраль 2022-го, и уже в августе того же года ITI Funds начали пытаться созывать собрания акционеров для принятия решения о ликвидации. С кворумом этих заседаний у них там как-то не задалось (им пришлось созывать аж восемь собраний, чтобы прожать голосующих!), так что непосредственно начать процесс ликвидации им удалось только в январе 2024 года. С тех пор следов каких-то внятных движений по ликвидации в публичном поле не наблюдается – а прошло, вообще-то, почти три года. Последнее, что удалось найти – это отчет ликвидатора на 31.12.2024: его почему-то смогли допилить аж только в январе 2026-го (хз, что они там считали больше года). И там довольно весело! Ну как, если вы являетесь пайщиком ITI – то, конечно, скорее грустно… Во-первых, активы фондов скукожились в четыре раза: в RUSE осталось всего $0,5 млн, а в RUSB – $2,9. И это не потому, что «инвесторы успели забрать свои средства перед февралем 2022-го». Хотя, в эту оценку по RUSE не включены зависшие на Мосбирже акции стоимостью около $4,4 млн – потому что УК вообще не уверена, что по ним что-то получить удастся. Во-вторых, ликвидатор там оценивает размер, так сказать, «ликвидационных комиссий» на уровне $0,9 млн для фонда RUSE и $1,5 млн для RUSB. Да, вы всё верно поняли: после того, как активы фондов кратно скукожились, из оставших инвесторам слёзок в карман юристов и консультантов в процессе ликвидации утечет примерно половина по фонду RUSB, а RUSE вообще по бухгалтерии выходит «обнулившимся-минусовым».

Итого, по моим прикидкам – дай бог, чтобы бедолагам-инвесторам в RUSB после расформирования вернулось в итоге хотя бы 20% от вложенных средств (ожидаемый срок ликвидации, кстати – конец 2028 года). Так что, граждане вкладчики в Финекс – у нас еще всё складывается отнюдь не так плохо, как могло бы быть!

P.S. Жду в комментариях Алексея Маркова, который обратит внимание на то, что согласно приложенной расшифровке ликвидационных расходов – во всём виноваты рептилоиды-Ротшильды, которые откусили львиную долю комиссий.

DirtyMoCap Полный мокап «грязных» маркеров — разреженных, перепутанных и без разметки. Восстанавливает SMPL-H движение: поза, кисти, глобальное перемещение и телосложение. SIGGRAPH Asia 2026 • Любая раскладка маркеров: одна модель, без заданного набора • Маркеры могут быть перепутаны и без меток кадр за кадром • Фиксированные якоря тела — суставы и точки поверхности — стабильный промежуточный слой • Learned confidence: солвер решает, каким точкам верить, отсеивая выбросы • До 100× быстрее стандартного PyTorch-солвера за счет CUDA Проверяли на старых сырых захватах китайских боевых искусств без разметки: 134 записей, ~180 минут, 22 стиля — собрали новый датасет кунг-фу. Это для оптических маркерных систем, не видео-мокапа. Код и данные пока закрыты; MoSh++ все еще чуть точнее по поверхности тела, но только за счет размеченных маркеров github.com/WangLongZJU/DirtyMoCap - ждем #mocap MAX

Яндекс 10 октября обновил пользовательское соглашение. И прямо прописал атаки БПЛА Мне тут стало интересно каким вообще образом Яндекс отвечает и по каким SLA перед пользователями (ведь убытки несут и бизнеса, которые там хостинг берут, не только пользователи) Оказывается 10 октября Яндекс опубликовал новую редакцию Пользовательского соглашения. Появился отдельный раздел 11 - "Основания освобождения от ответственности. Обстоятельства непреодолимой силы". В предыдущей редакции его не было вовсе. И там теперь прямо указаны: - военные действия и террористические акты (в том числе с применением БПЛА, ракет и других средств поражения); - любые последствия применения, падения или срабатывания вооружений, военной техники и летательных аппаратов (включая БПЛА); - обстрелы, взрывы, воздействие взрывной и шумовой волны; - крупные техногенные катастрофы (в том числе аварии на объектах энергоснабжения и связи по внешним причинам); - чрезвычайное и военное положение, обязательная эвакуация, акты органов власти. При этом Сторона, которая столкнулась с такими обстоятельствами, должна уведомить другую в течение 5 рабочих дней. Яндекс может сделать это через сайт, личный кабинет, почту или звонок. А теперь внимание вопрос - что это меняет на практике? Да на самом деле ничего 😁 Потеря данных. Ответственность Яндекса (как и любого облачного хостинга) всегда была почти минимальна. Клиент обязан был сам делать бэкапы. Даже при доказанной вине компенсация и ранее была ограничена стоимостью услуг за крайний отчетный период. Перерывы в работе. В рамках SLA возможна только компенсация-скидка (и то не всегда). Атаки и аварийные работы выводятся в зону форс-мажора. Косвенные убытки, упущенная выгода и репутационные потери не возмещаются. Лимит ответственности - те же платежи за предыдущий отчетный период. Важный момент. Форс-мажор защищает Яндекс перед клиентом. Но клиент не сможет автоматически ссылаться на ту же атаку в отношениях со своими контрагентами. Например, если вы не исполните свои обязательства перед госзаказчиком, потому что "форс-мажор" на сервере Яндекса... В общем для тех, кто держит критичные данные и сервисы у Яндекса, вывод простой: бэкапы, резервные контуры и понимание реальных лимитов ответственности - теперь не best practice, а необходимость 😁 А вы уже перечитали договоры с облачными провайдерами после этих событий? Я планирую немного глубже погрузиться в эту тему - кажется, как и история с WB "хвосты" будут с нами ещё какое-то время.

🤔 Александр Ларьяновский рассказал про то, почему он был «фиговым собственником» в Skyeng У бывшего управляющего партнера Skyeng Александра Ларьяновского вышел интересный текст про опыт принятия решений в компаниях. Точнее про принятие решений, когда никто не контролирует их правильность. А рассказал он это на примере двух своих ошибок в Skyeng. Я вам советую почитать этот текст целиком — вот ссылка. Там, например, интересно про то, как Ларьяновский выстраивал пиар в Skyeng и как измеряли его эффективность. А я вам краткую суть постараюсь передать. Когда Ларьяновский пришел в Skyeng, то договорился с четырьмя сооснователями о праве вето для каждого вне зависимости от доли. Сам Ларьяновский, например, так заблокировал сделку по продаже компании по низкой стоимости (1 млрд рублей). И это защищало от принятия неверных решений высокого уровня. Но при этом, пишет Ларьяновский, он не влезал в чужую работу, в операционные процессы. И из-за этого часть решений не контролировалась. Например, операционкой в Skyeng занимался главный фаундер Георгий Соловьев. И в какой-то момент он стал передавать роль CEO другому человеку. Ларьяновский решил не влезать в это: Соловьев крутой управленец, он лучше знает. А потом у Skyeng появились инвесторы, которые стали сажать в совет директоров своих людей. Ларьяновский тоже не влезал в этот процесс, потому что он считал, что у фондов большой опыт корпоративного управления, они лучше знают.

«Одна и та же ошибка, дважды. Я отдавал суждение собственника тому, кто казался компетентнее. Я думал, что Гоше виднее, кого делать CEO, а фондам виднее, кого сажать в борду», — пишет Ларьяновский.

Теперь он считает, что нужно было действовать иначе. У тех же фондов аккуратно спрашивать про опыт управления кандидатов. И тогда бы не оказалось, что в совете директоров аналитики, а не профессиональные управленцы. В общем, суть сводится к тому, что должен быть механизм проверки тех, кто вроде бы «знает как лучше». И у предпринимателя, если он еще и CEO, должна быть процедура, которая помогает ему посмотреть на свои решения со стороны.

«Возьмём бизнес вдвоём. Пример условный. Один партнёр ведёт операционку, другой продажи. Договорились доверять друг другу. Отличный договор, он защищает от грызни. Но кто в этой паре задаёт вопрос, тот ли человек ведёт операционку на новой стадии? Скорее всего, никто. Потому что задать его — значит как будто нарушить доверие. Опираться можно только на то, что оказывает сопротивление. Это единственное, что удерживает вас в эту секунду от провала — пол или кресло вам сопротивляются. У фаундера очень часто нет этой точки сопротивления. Хорошо, когда команда или партнёр реально может с тобой спорить. Даже не так. Всегда должен быть кто-то, кто может сказать мне «нет». Причём если на его возражение ответом будет моё «я подумаю», это не оппонент, а театральный реквизит»

И нужно отслеживать, чтобы в компании обсуждения были регулярными, а еще были проверяющие для того, кто знает лучше. А фиговым собственником в Skyeng Ларьяновский считает себя потому, что в свое время не предложил Соловьеву помочь контролировать его как управляющего. P.S. В статье еще есть бонус в виде теста, чтобы можно было прикинуть, как у вас обстоят дела в вашей компании. @TheEdinorogBlog — тот самый канал про стартапы🦄

Ни своих, ни чужих Оба способа, которыми у нас открывают бизнес 99% предпринимателей, должны умереть как класс. Первый — на свои: сбережения, кредиты, займы, неважно. Сам вложил, сам сделал, сам заработал. Второй — на чужие: привлекаешь инвестора, рискуешь уже не своими деньгами и отдаёшь за это кусок компании. А сейчас, в эру ИИ и вайбкодинга, когда продукты собираются на гипер-ультра-мега-звуковой скорости и проверить можно вообще любую гипотезу, тратить на это деньги просто тупо. Почему раньше приходилось искать деньги, свои или чужие? Потому что идею надо было во что-то обернуть. Презентация — нужен дизайнер. Сайт — дизайнер, какой-нибудь программист, тильды-хуильды. Сам продукт или услуга — маркетолог, продуктолог, интегратор, не дай бог разработчик за туеву хучу бабок. Люди, время, деньги. Я много раз привлекал деньги и ещё больше раз открывал бизнес на свои. Большую часть потом похоронил. И каждый раз это был стресс: идея сидит в голове, а чтобы проверить, не хуйню ли ты придумал, надо заложить месяцы и миллионы. Каждый запуск был олл-ином — на стол шло всё, что есть: и деньги, и время, и репутация. Каждый провал — маленький суицид. Сейчас на ту же проверку идеи нужно несколько часов и твоё время. Любая картинка, презентация, концепция, сайт. Номер любого клиента тоже найдёшь. Ещё три года назад, чтобы запустить приложение, портал или новую услугу, нужны были люди, время, деньги. Сейчас — только не ссать и делать. Поэтому 26-й год для меня — время третьего способа: делать бизнес только на деньги клиента. И сразу, пока в комментах не набежали с «это ж предзаказы, тоже мне Америка»: да, Америку я не открыл. Предоплата, предзаказ, аванс — так работали всегда. Новое другое: то, что надо показать клиенту, чтобы он заплатил, теперь собирается почти бесплатно. Макет, презентация, прототип — за пару часов. Раньше по такой модели могли работать только редкие бизнесы, и то нужны были ресурсы, чтобы дойти до денег клиента. А сейчас так может делать кто угодно. Кофейню, понятно, через чатик с нейронкой не откроешь. Масштаб, аренда, железо, закупки как стоили денег, так и стоят. Я про старт и проверку гипотезы. Дальше всё просто. Придумал, собрал, написал людям, позвонил, предложил. Если нравится и хотят купить — взял предоплату или сразу полную оплату и растишь бизнес уже на их деньги. Не берут — значит, придумал хуйню, и узнал ты это раньше, чем успел в неё вложиться. Никакого олл-ина. Риски, конечно, не ноль. Время и самолюбие всё равно на кону: слышать «не, спасибо» неприятно, кто бы спорил. Но ставка теперь — вечер, а не сбережения. Раньше на столе лежали долги, кредиты, пара лет жизни и репутация. Но есть у этого свой нюансик. Останется только написать, позвонить, предложить. Звучит как мелочь. Только собрать продукт сейчас может кто угодно, а продавать не умеет почти никто. Тем более продавать то, чего ещё нет. Взять предоплату за штуку, которую ты слепил на коленке и сам её немного стесняешься, — искусство, смелость, напор. Это и есть предпринимательство — изъебнуться так, чтобы и продать, и сделать, и при этом не потратить, а заработать. Денег на старт бизнеса больше не надо. Надо продать раньше, чем сделал. Для многих это страшнее любого кредита.

В сентябре 2019 года астроном Анна Капиньска показала коллегам странные объекты, которые нашла в новых данных радиотелескопа. На них видны идеально ровные кольца радиоизлучения размером около миллиона световых лет, то есть в десять раз больше нашей Галактики. Их назвали ORC, «странные радиокруги». Прошло несколько лет, а ответа на вопрос, что это такое, до сих пор нет. С астрономом Кириллом Масленниковым мы прошлись по самым странным явлениям космоса. Почему тёмная материя есть везде, кроме того места, где мы живём? Как одну и ту же сверхновую увидели четыре раза в разные моменты её жизни и чем это поможет разгадать спор о скорости расширения Вселенной? Что должна сделать инопланетная цивилизация, чтобы мы её заметили? Просмотра! https://youtu.be/ESo3Q8CclVU

Йоу, ребята 🖖 В этот понедельник хочу напомнить одну штуку. У меня две руки: левая и правая. Одна рука: прикладная математика, информатика, формулы, глубокое погружение в модели. Я не люблю верить на слово, люблю всё перепроверять. Вторая рука: больше пятнадцати лет цигун, випассана, терапия и много разных практик. Чем больше я занимаюсь продуктами и работой с людьми, тем больше понимаю: люди покупают у людей. Эмоции важны. За ними, конечно, есть слой рационализации, придуманных себе миров. Но базово нами двигают незакрытые эмоциональные потребности. Эмоции это первичный язык. Способ организма объяснить, что с ним сейчас происходит. И лучший способ понять других людей, это попытаться понять свои потребности. Потому что фразы «мне не дадут доступ», «это не моя зона ответственности», «у меня нет данных» часто не про работу. Это защитная реакция. Когда-то был неудачный опыт, и внутри появляется штука, которая говорит: больше не надо. Для негативного опыта достаточно одного подкрепления. Для позитивного нужно много. Поэтому математика роста очень простая: сделать десять дешёвых попыток. Одна сработает, и будет уровень выше. Нельзя научиться плавать, читая книжки. Нельзя научиться выступать, читая книжки. И нельзя научиться жить, только хорошо всё рационализируя. Медитация, по сути, это лог к программам, которые зашиты в мозг. Видно, как паттерны и триггеры запускают реакцию. Терапия это рефакторинг. Прокачивайте обе руки. Формулы, метрики, продуктовую логику. И способность замечать, что с вами происходит, где вы защищаетесь от прошлого опыта и где просто пора сделать ещё одну попытку.