Компания IBM объявила о готовности передать партнерам комплекты проектирования (PDK) для своего 0,7-нанометрового (7 ангстрем) техпроцесса Nanostack в первом квартале 2027 года. Наборы включают руководства и скрипты для EDA-инструментов, позволяя NVIDIA, AMD и другим чипмейкерам начать адаптировать свои архитектуры под новые нормы. Главным достижением Nanostack стало сокращение площади SRAM-памяти на 40%. Масштабирование статической памяти практически остановилось ниже 3 нм из-за утечек тока. В современных ускорителях вроде NVIDIA Hopper H100 накристальный SRAM занимает 10% площади кристалла, а с учетом L1-кэша в потоковых мультипроцессорах — от 12% до 15%, соперничая по занимаемому месту с контроллерами HBM. Вертикальное разделение n- и p-транзисторов решает проблему дефицита места на кристалле без потери производительности.

Я решил попробовать отказаться от Microsoft Office. В принципе, подписка стоит не так дорого, где-то $10 в месяц, но я смотрю на своё использование офиса и я последнее время использую его только для OneDrive. Очень редко могу запустить Word, а остальные программы офиса вообще не помню, когда последний раз использовал. Посмотрим, смогу я жить без офиса или нет. В своё время я долго по привычке платил за продукты Adobe, но потом всё же собрался, отказался, и без проблем живу без Adobe. Теперь нужно попробовать слезть с иглы подписки Windows 365, на которой я сидел лет 10. До этого у меня была коробочная версия Office, которую покупают разово. Но как только появилась подписка, я сразу же подсел на неё. И вначале был большой плюс у Office 365, он включал пол часа звонков на стационарные телефоны большого количества стран через Skype и я этим иногда пользовался. Вместо подписки я думаю купить Office в виде разовой покупки, потому что Word возможно понадобиться, если буду обновлять какую-то из своих книг. В общем снова возвращаюсь к разовым покупкам. Хватит кормить корпорации подписками. Я уже перенёс большинство файлов на iCloud и на OneDrive остался только один гагабайт и отключил автоматическое продление.

4 пункта, которые помогут вашему продукту удержаться на плаву Актуальная тема во времена, когда скопировать любой продукт можно, буквально не отрываясь от завтрака и утренней ленты новостей. 1. Высокая стоимость переключения • Почему это ров: Продукт настолько глубоко врастает в ежедневные процессы клиента, что риск и затраты на переезд превышают любую выгоду от более дешевого или красивого аналога. • Как влияет: Вы получаете максимальное удержание и стабильный LTV. Конкуренту недостаточно сделать продукт на 20% лучше, он должен быть на 10x лучше, чтобы клиент хотя бы задумывался о смене софта. 2. Сетевой эффект • Почему это ров: Каждый новый пользователь автоматически делает продукт ценнее для всех остальных участников сети. • Как влияет: Убивает органику конкурентов. Копирование интерфейса Figma или Slack не дает никакой ценности, если там нет ваших коллег, дизайнеров и подрядчиков. Продукт превращается в стандарт отрасли. 3. Экономия масштаба • Почему это ров: По мере роста объемов себестоимость единицы оказания услуги или транзакции падает до уровней, недостижимых для новичков. • Как влияет: Дает вам ценовую дубину. Вы можете продавать продукт по цене, которая для любого нового игрока будет глубоко убыточной. Пример: Zipline за счет масштабирования автономных дронов уронила стоимость доставки с $300 до $12 за вылет. 4. Замкнутые петли данных • Почему это ров: Данные не просто копят пыль на складе, а мгновенно питают алгоритм: чем больше продукт используют, тем точнее и полезнее он становится для следующего юзера. • Как влияет: Создает отрыв в качестве, который невозможно сократить просто покупкой серверов. Пример: Stripe Radar пропустил через себя $70+ трлн транзакций — в 92% случаев система видит карту, с которой уже сталкивалась в сети, обеспечивая недостижимую для стартапов точность антифрода. Еще один повод, чтобы посмотреть на свой B2B-бэклог под новым углом. Источник: https://www.lennysnewsletter.com/p/how-to-tell-if-a-startup-has-a-moat @productgames

Конец привычного уютного айти: что делать дальше 2018 год. После первой «галеры» — выбор между стажировкой в Mail.ru и позицией мидла в Сбере. 2021-й — шесть офферов за две недели. Доход растёт на 30% ежегодно, а на одноклассников, которые открывают шиномонтажки и занимаются перевозками, смотришь с сожалением. Чувство, будто выиграл эту жизнь. Склейка. 2026 год. В тредс выкладывают навайбкоженные сайты уровня тех, которыми ещё недавно можно было гордиться в резюме. Десять лет развития в программировании кажутся обесцененными, а для людей, проверяющих результаты работы ИИ и нажимающих «ок», уже придумали термин «мясной прокси». На пенсию в 32 года рановато. Но и спокойно работать над задачей на ближайшую неделю не получается — вдруг именно эта неделя окажется последней? Приходится думать, на что теперь делать ставку, чтобы не остаться ни с чем.

Доверие к CEO поднимает вовлечённость сотрудников на 41% А когда сотрудники доверяют ещё и своим коллегам, то вовлеченность увеличивается на 60%. А из фундаментальных крутых исследований, есть работы связанные с трудами двух нобелевских лауреатов по экономике, Рональда Коуза и Дугласа Норта. Если сильно упростить, то они доказали, чем больше доверия между людьми, тем меньше ресурсов приходится тратить на проверки, контроль, согласования и защиту. Людям очень выгодно доверять, чтобы делать что-то вместе. Работает это и на уровне небольших групп, и на уровне государства. Для бизнеса время сейчас непростое. Поэтому такая неосязаемая штука, как доверие, вполне может стать осязаемым конкурентным преимуществом.

Случай, где женщина вылечила себе рак корью и стоматитом подсказал @jitbit c @devfounder. Есть такая доктор Беата Халасси, у неё был агрессивный рак груди. Сначала была операция и тяжелейшая химиотерапия, которая сильно подорвала её иммунитет. Через 2 года рак вернулся, потом случился второй рецидив — опухоль перешла в стадию 3b, проросла в мышцы и кожу. Шансов выжить осталось мало. Беата решила отказаться от повторной химиотерапии, чтобы сохранить ресурсы иммунной системы, и вместо этого пойти на дикий риск: применить свои профессиональные знания и ввести вирусы прямо в опухоль. Раковые клетки не умеют замедлять внутренние процессы, не способны к нормальному самоуничтожению и прячутся от иммунитета за специальным химическим барьером. Поэтому они беззащитны перед вирусами, потому что список выше того, что опухоль не умеет — это по совместительству противовирусные меры. Но даже в такой ткани клетке лучше самоуничтожиться, чем стать заводом про производству новых вирусов. Так что когда вирус проникает в опухоль, он начинает массово уничтожать раковые клетки. Продукты распада клеток и вирусы прорывают маскировку опухоли. Иммунитет начинает распознавать, что там происходит. Беата сначала использовала ослабленный штамм вируса кори из обычной вакцины. После нескольких уколов опухоль сначала воспалилась и набухла (из-за притока иммунных клеток), а затем стала стремительно уменьшаться. Чтобы организм не успел полностью выработать нейтрализующий иммунитет к кори, Беата переключилась на второй вирус — везикулярного стоматита. За два месяца опухоль уменьшилась на 63%, размягчилась и отделилась от мышц. Хирурги удалили ее остатки (половина массы опухоли состояла из атакующих иммунных клеток). Прошло уже более 6 лет, и рак не вернулся. Круто, хэппи-энд, вот это всё. Но: — Она использовала несертифицированные для людей лабораторные методы. — Сейчас методы вроде вирусотерапии дают пациентам только на терминальных стадиях — когда организм и иммунитет уже истощены химиотерапией (а для вирусотерапии нужен сильный иммунитет). — Идее почти сто лет, но в клинику дошёл фактически один препарат. Как раз потому, что вирусы испытывают на тех, кому традиционные методы не подошли. Так что начались дичайшие холивары. Вот научная работа с протоколом эксперимента. Фактически, они говорят, что есть много гипотез, которые надо проверять. Есть интересная деталь от рецензента — с научной точки зрения не произошло ничего нового, вся сенсация в том, что учёный сделал это себе сам вирусом собственного производства. У неё было больше десятка отказов рецензентов, и Халасси развернула лабораторию на онколитическую виротерапию для кошек и собак — единственных пациентов, у которых этическая процедура проще, чем у неё самой. Тут разбор, чего вообще направление вирусотерапии добилось за много лет. За все годы — один работающий препарат при одной болезни. Остальное — либо местные одобрения, либо испытания. Чтобы ввести живой вирус пациенту, нужно переделать не только науку, но и работу аптеки, медсестры и больничной эпидемиологии. Есть сложные конфликты интересов, потому что большая часть исследователей этой области параллельно занимается фармой. В целом: — Беата очень чётко показала, что экспериментировать надо активнее — Выжила — Лечит собак и кошек вирусами собственного производства — Она молодец! — Это сигнал исследователям, что надо больше копать в другую сторону, и что протоколы иногда слишом медленные и консервативные. — Надо собрать несколько комитетов это обсудить! -- Вступайте в ряды Фурье! | Лучшие посты Межсезонье у травматологов — мотоциклисты уже закончились, а сноубордисты ещё не начались!

В Clive Barker’s Hellraiser: Revival придётся немного пострадать, но удовольствие вы получите Это мог быть шутер о противостоянии сенобитам — их как раз четыре, самое то сыграть роль боссов. А в конце битва с Левиафаном! Но, слава богу, Revival — не такая игра. Авторы прекрасно понимают, что такое «Восставший из ада» и кто такие сенобиты. Они приносят тем, кто открывает шкатулку Лемаршана, неописуемые телесные удовольствия и ходят по грани изощрённых ощущений. Кто-то считает их демонами, кто-то — ангелами. Зависит от того, как ты смотришь на плоть и насколько устал от привычных удовольствий. Но они как бы и не враги вовсе. Они исполняют свой долг. Сенобиты ведут себя как в первой и второй частях фильма. Они просто приходят и забирают своё. И заключают сделки. Не врут — просто недоговаривают. От того-то они и такие пугающие (и привлекательные одновременно). Впрочем, совсем отстранёнными их не назвать — к Эйдену, главному герою Revival, пытающемуся вытащить любимую девушку из ада («не того ада»), они проявляют неподдельный интерес. А вот к Алой церкви — не проявляют. Как бы сектанты, с которыми и предстоит сражаться Эйдену, ни старались, как бы сильно не поклонялись сенобитам и Левиафану, тем наплевать. На зов они, конечно, приходят, но без особого энтузиазма. Просто бизнес, ничего личного. Hellraiser: Revival опирается, в первую очередь, на первые два фильма (то есть, на лучшие фильмы в линейке). И она прекрасно развивает идеи, заложенные там. Если вам понравилась идея Лабиринта из второй части, но показалось мало, то в Revival точно стоит поиграть. Лабиринт здесь полноправный участник действа. Он хладнокровно пытает Эйдена, постоянно перестраивается и просто очень круто выглядит. Клайв Баркер курировал проект и занимался им весьма плотно, так что в каноничности игры можно не сомневаться — хотя финал, конечно, вызывает некоторые вопросы. Но всё-таки это игра, так что геймплей накладывает свой отпечаток. В плане тона повествования она не очень гладкая. Например, тут есть еда. Вот крадёшься ты мимо босса — а тут яблоки и сосиска лежат. Съел с громким хрустом, дальше пополз. Ещё бывает юмор — преимущественно странный. Как насчёт ключа к двери в логове сектантов-маньяков в виде уточки? Или в виде коника для хоббихорсинга? Зачем? Неясно. Портит впечатления. Hellraiser: Revival — шутер с элементами стелса, и стелс тут, мягко скажем, не очень. Он попросту не работает нормально, и те эпизоды, где нужно действовать скрытно, самые надоедливые. В основном же предстоит стрелять и драться. И то, и другое устроено очень просто. Но патронов постоянно не хватает, так что периодически случаются ситуации, когда противников тьма, а стрелять нечем. Холодное оружие же быстро ломается (кроме ножа, он с тобой всегда), а некоторые враги в броне, которую сначала надо сбить. Других ресурсов тоже не хватает, так что часто крафтить что-то не выходит. Плюс расходники преимущественно лежат в неприметных ящиках, которые запрятаны в тупичках — спасибо хоть, что на карте отображаются. Правда, постоянно включать карту и смотреть, где там ящики лежат, несколько утомительно. В плане дизайна игра вообще очень старомодная — местами кажется, будто играешь в шутер нулевых, хоть геймплейно она и стремится походить на последние Resident Evil. Так, если берёшь важный для сюжета предмет — жди толпу врагов. Не очень изящно. Баланс будто бы местами поломанный: вот тебе куча противников, но никто не знает, справишься ли ты с ними. Справляйся как хочешь. Декорации преимущественно интересные — особенно садо-мазохистский клуб Алой церкви и Лабиринт. Арт в игре восхитительный: разглядывать картины Алой церкви никогда не надоедает, плюс тут много боди-хоррора — скульптуры из частей тела и вот это всё. За исключением подвалов, игра очень красивая, и садо-мазо тематика раскрыта неплохо — пусть и несколько карикатурно. Но главное здесь — атмосфера. Та самая, из первых двух фильмов, даже несмотря на то, что игра про стрельбу в том числе по монстрам. А в старомодности даже есть некое очарование. #поиграйте