Технологии

Октябрьская барахолка под Валенсией: приставка Sony MSX, Raspberry Pi и кое-что ещё Идёшь по барахолке под Валенсией мимо кофеварок, проводов и садового инвентаря, а потом замечаешь Sony Hit Bit середины 1980-х. В одном корпусе клавиатура, компьютер стандарта MSX и кассетник, с которого когда-то загружали программы. А ведь прогулка только начинается. Чуть дальше лежат трёхдюймовые дискеты Amsoft, школьный компьютер с местным Linux, PlayStation 2, Nintendo Wii, старые Hi-Fi-комбайны, проектор начала 1960-х и прибор для настройки телевизионных антенн. Среди всего этого нашлась и первая Raspberry Pi — причём за такие деньги, что пройти мимо уже не получилось. А напоследок — три штуки, назначение которых с ходу определить не удалось. Одна из них настолько подозрительная, что вопрос о возможном проклятии возникает совершенно естественно.

ASML готовит литографию нового поколения — Hyper NA через 10 лет уменьшит элементы чипов более чем на треть ASML вместе с Carl Zeiss разрабатывает литографическую установку Hyper NA, которая может появиться примерно через десять лет. Она будет формировать элементы чипов с разрешением около 5 нм — примерно на 38% мельче, чем нынешние системы High NA. Это не означает появление «5-нм техпроцесса»: современные названия вроде N2 и 18A обозначают поколения технологий, а не точный размер транзисторов. Zeiss уже делает необходимые зеркала, но ASML пока не решила, запускать ли Hyper NA в серийное производство. #asml #carlzeiss #euv #hyperna 📎Подробнее 🔖 3DNews в TG | MAX | VK

DOOM запустили на среднеформатной камере Hasselblad X2D 100C за $8200 Разработчик под ником Radium Wang запустил DOOM на среднеформатной профессиональной камере Hasselblad X2D 100C. Игра использует 3,6-дюймовый сенсорный экран устройства для передвижения и обзора, а физическая кнопка спуска затвора выполняет роль курка: легкое полунажатие игнорируется, а полное нажатие производит выстрел. Звук выводится через встроенный динамик фотоаппарата. Порт создан на базе движка Doomgeneric в рамках исследовательской модификации прошивки, а его исходный код уже опубликован на GitHub. В дополнение к этому энтузиаст выпустил набор утилит для оригинальной X2D 100C, открывающий непрерывный автофокус (AF-C) и автояркость — функции, официально доступные только в более свежей моделе X2D II.

Как в MWS Cloud Platform тестируют Kubernetes‑операторы В Kubernetes-кластер добавили новую ноду. Теперь cloud provider должен связать её с виртуальной машиной, заполнить внутренний IP и снять ограничение на размещение подов. Только происходит всё это асинхронно — тесту нужно дождаться обработки объекта и убедиться, что необходимые действия выполнены. В MWS Cloud Platform подобные сценарии проверяют при интеграционном тестировании компонентов Managed Kubernetes. С операторами задача ещё шире: за одним Custom Resource может стоять целая иерархия связанных объектов, а их состояния способны меняться в любой момент. Добавим зависимость от Kubernetes-окружения — и привычных подходов к тестированию бэкенда уже недостаточно.

Дуэль ядерных часов В мире сверхточного времени разгорелась настоящая драма. 7 октября пришли две новости о часах, которые «тикают» не по электронам, а по атомному ядру. Сначала физики из Вены объявили о прототипе первых в мире самостабилизирующихся ядерных часов. А следом команда китайского Университета Цинхуа сообщила: их часы идут примерно в шесть раз стабильнее венских. Почему ядро? Атомные часы, задающие точное время уже больше 70 лет, следят за электронами, а те занимают большую область вокруг атома и чувствуют внешние поля. Ядро крошечное и лучше защищено от помех — в теории точность может быть намного выше. Загвоздка в том, что почти все ядра «переключаются» только при огромной энергии, лазеру это не по силам. Исключение одно — торий-229: его состояние меняет ультрафиолетовый лазер. Впервые это удалось лишь в 2024 году. Венский козырь — самостоятельность. В TU Wien вместе с немецким PTB построили петлю обратной связи. Лазер задаёт ритм, но «плывёт» от перепадов температуры, а ядра тория поглощают свет только на идеально точной частоте. Просело поглощение — система сама подкручивает лазер. Как настройка гитары по камертону, только камертон — атомные ядра. Прототип больше суток проработал полностью автономно с точностью около 10⁻¹⁵ за день: ошибка в секунду за 30 миллионов лет. Козырь Цинхуа — воспроизводимость. Кристаллы с торием, изготовленные по отдельности, дали почти одинаковый сигнал: совпадение примерно до трёх частей на 10 триллионов, и это согласуется с прежними замерами. Значит, дело не в одном «удачном» кристалле. Китайский образец меньше рисового зерна и содержит около квадриллиона ядер тория, венский — в 200 раз больше. Зато у венских часов сигнал зависел от того, через какую точку кристалла шёл лазер, и ход немного менялся день ото дня. Финал у этой драмы пока открытый. Обе системы всё ещё уступают лучшим атомным часам. Торий-229 крайне редок, а для рывка нужны кристаллы с более равномерным распределением тория и лазеры помощнее. Ядерные часы могли бы проверить, не меняются ли фундаментальные константы, искать тёмную материю (венцы уже пробовали — пока безрезультатно), картировать подземные гравитационные аномалии и точнее вести аппараты в дальнем космосе. @vselennayaplus