Самый закрытый рынок, где я работала, и почему продукты для арта почти никто не строит Недавно мне написала одна из крупнейших компаний в арт-индустрии. И я заново погрузилась в этот рынок. Раньше я смотрела на него изнутри аукционного дома: лоты, ставки, задача — продать. Сейчас посмотрела со стороны того, кто пытается понять, сколько вещь стоит и почему. Оказался совершенно другой рынок. И главное: он прямо сейчас в точке, когда старый способ работы ломается. Средний коллекционер с собранием дороже $10 млн — человек 65–75 лет. В ближайшие двадцать лет по наследству уйдёт около $84 трлн, из них $1–2 трлн — материальные вещи. Каждая коллекция будет продана, подарена или поделена, и каждый сценарий упирается в оценку и документы. А документов почти ни у кого нет: 70% коллекционеров ведут учёт в экселе или на бумаге. Насколько это дорого, показали пожары в Лос-Анджелесе. Одна семья не смогла получить страховку за коллекцию индейских корзин: предметы не были внесены в полис поимённо, а папка с инвойсами сгорела вместе с домом, она лежала там же. От коллекции осталась одна фотография, где корзины видны на полке на заднем плане. Рынок, который двести лет работал на рукопожатиях, впервые вынужден оформлять себя в данные. Четыре проблемы, которые я вижу: 1️⃣ Никто не знает, чем владеет. Кажется, что это задача про базу данных. На самом деле про мотивацию: заносить коллекцию скучно, а выгода наступит через двадцать лет или при пожаре. 2️⃣ Оценка занимает шесть недель, потому что один эксперт делает всё — от приёма заявки до отчёта, почасово, $150–200 в час. Cейчас скорость оценки одного обьекта - примерно 6 недель. Не всегда нужен очный осмотр, при хороших фото и отчётах о состоянии можно удалённо. Здесь уже можно автоматизировать и ускорить процесс с AI. 3️⃣ У одного объекта три законные цены одновременно. Одна работа, один художник, один год: на аукционе $630 тысяч, в галерее $1,2 млн. Тип стоимости определяется целью оценки: для страховки берут розничную восстановительную (самую высокую), для налогов и наследства — справедливую рыночную, для раздела имущества и залога — за вычетом издержек продажи. Люди путают постоянно. Несут страховую оценку юристу для наследства и получают завышенную налоговую базу. Или наоборот — оказываются недострахованы. 4️⃣ Данные грязные по устройству. Название работы — это цена: «работа Рембрандта» → «приписывается» → «круг» → «по мотивам», каждая ступень вниз даёт падение в разы, и приходит это текстом каталога. А у объекта нет идентификатора: одна картина проходит торги в 1998, 2011 и 2024-м под разными названиями, в разных домах, в сантиметрах и дюймах. 5️⃣ Оценка быстро протухает Арт-рынок это не один рынок, а больше сотни разных. Сумки Hermès Birkin дают около 14% в год, их переоценивают каждые год-два. Работу художницы купили клиенту в 2019 за $113 тысяч, в 2022 она ушла с аукциона за $1,6 млн. Коллекция меняется в цене от событий, к которым ты не имеешь отношения. Продалась на аукционе другая работа того же автора — переоценилось всё, что у тебя есть. Кто-то подарил его работу музею — тоже. Изменилась атрибуция, вышло новое исследование, умер художник. Ты ничего не делал, а страховой полис уже неактуален, и наследственное планирование построено на несуществующей цифре. Всё это решаемо. И вот почему никто не решает. Задачи технически рабочие. Клиентов получить почти невозможно. Sotheby's и Christie's вдвоём дают треть всех аукционных продаж, и их прямой интерес, чтобы информация оставалась у них. А на стороне покупателя ничего. И вдобавок: Коллекционера приведёт советник, а не реклама. Оценщик не начнёт пользоваться твоим инструментом ради интерфейса, он тридцать лет отвечает своим именем за каждое число. Была волна попыток токенизировать искусство и продавать доли. Почти всё умерло. Короче: тут можно построить отличные продукты. Мне нравится про это думать. Редкий случай, когда «неэффективный рынок» — не фигура речи, а реальность, но мне становится из-за этого еще интереснее. P.S. на фото как раз фото sotheby’s office в NYC, выглядит тоже максимально закрытым

💾 Commodore 64 родом из Найт-Сити Возрождённая Commodore и CD Projekt Red собрали Commodore 77 — версию Commodore 64 Ultimate, стилизованную под мир Cyberpunk 2077. Предзаказ уже открыт, ценник 377 долларов, дату отгрузки пока не назвали. Внешне это жёлтая «хлебница», как в 1984-м, только побитая жизнью: вмятины, граффити, металлическая пластина над рядом функциональных клавиш и полуотодранные наклейки. Даже экран загрузки перерисовали под дистопию. Плюс неоновый индикатор питания, наклейки, значки, коллекционная упаковка и тематическое руководство. Теперь про саму платформу, если вы не следили. Commodore 64 Ultimate — это FPGA-реконструкция оригинала: настоящая клавиатура, HDMI, USB, Wi-Fi и совместимость со старыми аксессуарами C64. Корпуса, кстати, льют в оригинальных пресс-формах. Мы не знаем, зачем нам это – но очень хочется! @droidergram

Когда нечего делать я могу полистать барахолку, в поисках чего-то олд скульного. Иногда даже могу что-то купить, вот недавно взял китовую линзу от Sony A7IV за $150. За полную цену я бы её никогда не купил, потому что у меня есть Tamron с намного лучшими параметрами, но просто по размеру Tamron больше китовой Sony. И вот не знаю зачем, но купил себе китовую линзу. За $150 пригодиться как бакап на всякий случай. Но вот я наткнулся на OC/2 Warp за 30 долларов. Я даже не представляю себе зачем кто-то может захотеть купить себе эту ОС в лицензии. Это нужно быть нереальным фанатом IBM, чтобы поставить на полку эту коробку или может даже установить её себе на какой-то супер старый компьютер. Ты бы заплатил за лицензионную Windows 95, MS DOS или может OS/2 Warp тридцать долларов и зачем? У меня были лицензионные диски Windows 95, которые я спокойно выпинул. У меня был и Linux на диске, за который я тоже платил, хотя можно было скачать.