Куда подключить мозг мухи? Не так давно ученые оцифровали мозг мухи и выложили на github. Умельцы из Twitter/X тут же начали подключать эту бедную муху к разным задачам. Самый интереснй пример — подключить мозг мухи к своему брокерскому счету и уволить управляющего (т.к. муха будет управлять вашими акциями не хуже) Я тоже недавно скачал себе на Macbook колонию цифровых муравьев и мозг мухи, посмотреть, куда мир катится. Дальше — хуже. Я попытался сделать лабораторный «цифровой организм» Но тут Claude Code (Opus 5.5) меня остановил и сказал, что это запрещено его цензурой. Но я, естественно, частично обошел это ограничение, переключившись на другую модель без цензуры. И вот тут я своими глазами увидел, где настоящая угрза ИИ для человечества — это связка ИИ + физический мир (физика, химия, биология). Атомную бомбу в домашних условиях собрать крайне сложно. А вот цифровые вирусы и даже реальные биологические вирусы теперь стало собирать на порядок легче. Самое неприятное, что контроль сверху — цензура, нормативные акты и т.п. защищают только от самых глупых, а от умных и плохих ребят, это никак не защитит. Короче, до биологии, химии и физики с ИИ, я пока нормально не добрался, это был лишь первый подход. Но это мощный тренд и туда идут большие инвестиции и переток мозгов.

В 2009 году учёные из IBM впервые сфотографировали отдельную молекулу. Не схему и не модель, а настоящую фотографию. Для этого понадобилась игла, которая ощупывает поверхность на высоте одного атома. На снимке видны шестиугольные кольца. Химики, которые посвятили жизнь изучению именно таких колец, говорят, что когда видишь это изображение впервые, что-то щёлкает внутри. Сегодня в гостях Андрей Чепраков, химик-органик и профессор МГУ. Мы поговорили о том, как устроена молекула жизни и почему углерод стал её основой. Почему число возможных молекул больше, чем атомов во вселенной. Как работает реакция Майяра и почему жареная корочка на стейке существует только из-за неё. Ещё мы разобрали реакцию, которую советский химик открыл в 1951 году, а его статью отклонили с формулировкой «такое невозможно». Жидкость в колбе меняла цвет туда и обратно как живая, и это противоречило всему, что знали о химии. Зачем в лаборатории тяга и сколько химики в среднем живут. И какая молекула у гостя любимая. Просмотра! https://youtu.be/jqzU00aEE4M

В школе (и не только) часто рассказывают про правило "раствор должен быть прозрачным" - это удобное упрощение, которое помогает отличить настоящий раствор от коллоидной системы или суспензии. Потому соль в воде - прозрачная, а стакан молока кажется непрозрачным. Теперь интересный момент. Физически раствор - это однородная смесь, в которой частицы одного или нескольких веществ распределены в другом веществе на атомном, ионном или молекулярном уровне. Но при этом раствор вовсе не обязан быть жидкостью. Воздух можно рассматривать как газовый раствор, а некоторые металлические сплавы - как твёрдые растворы. Например, сталь - это часто именно твёрдый раствор. В определённых фазах стали атомы углерода занимают междоузельные позиции в кристаллической решётке железа. Другие легирующие элементы могут образовывать твёрдые растворы замещения, когда их атомы занимают места атомов железа в решётке. Теперь возникает закономерный вопрос. Школьное правило сломается? Если это раствор, почему через кусок стали нельзя посмотреть? Потому что раствор и прозрачность - совершенно разные свойства. Прозрачность определяется тем, как электромагнитное излучение взаимодействует с веществом. В обычном разбавленном растворе растворённые частицы действительно могут взаимодействовать со светом. Например, окрашенный раствор поглощает определённые длины волн. Но если поглощение видимого света невелико, а крупных неоднородностей, способных сильно рассеивать свет, нет, раствор остаётся прозрачным. Совсем иначе ведёт себя молоко. В нём присутствуют частицы и структуры, размеры которых позволяют эффективно рассеивать свет. Поэтому свет многократно меняет направление, и молоко становится мутным. Такое рассеяние связано, в частности, с эффектом Тиндаля. Но твёрдому раствору вовсе не обязательно быть прозрачным. Возьмём металл. В металлическом кристалле внешние электроны не принадлежат строго отдельным атомам. Они образуют делокализованную электронную систему, благодаря которой металл хорошо проводит электрический ток. Когда на металл падает свет, его электромагнитное поле воздействует на эти электроны. Электроны металла начинают коллективно реагировать на это поле. Их движение создаёт собственное электромагнитное поле, которое приводит к сильному отражению света от поверхности. Для видимого света у обычных металлов электромагнитное поле также очень быстро ослабевает внутри материала. Поэтому свет не проходит через обычный кусок металла на заметную глубину. Именно поэтому металл может быть одновременно однородным твёрдым раствором и непрозрачным материалом. Поэтому утверждение "раствор обязательно должен быть прозрачным" работает как простое учебное правило для некоторых типичных примеров, но как общее физическое утверждение оно неверно.

Простите, что врываемся в ваш сон, но сегодня у нас ещё одна старая научная сказка на ночь про ложку масла. Тут письма, которые Королевское общество напечатало как есть. Врач Уильям Браунригг пишет Бенджамину Франклину (это который 100 баксов) в 1773 году и пересылает письмо преподобного Фариша из Карлайла; Франклин отвечает из Лондона, в его письмо вложено ещё одно, от Тенгнагеля графу Бентинку из Батавии. Так в XVIII веке и делалась наука: наблюдение ходило по кругу знакомых, обрастало подтверждениями, и потом только в печать. Если что, Франклин уже был известным учёным: запускал воздушного змея в грозу, сделал бифокальные очки, печку-буржуйку с высоким КПД, кресло-качалку и картографировал Гольфстрим (для чего пришлось очень сильно поплавать туда-сюда с термометром за бортом). Так вот! Началось с того Франклин вылил из лодки на подветренную сторону пруда в Клэпем-Коммон чайную ложку масла — и вода на четверти пруда стала гладкой, как зеркало. Фариш слышал про это, не поверил и попросил достоверный отчёт. Заодно собирает всё, что нашёл: Плиний Старший писал, что ныряльщики его времени пользовались маслом ради ровного света на дне (выпускали немного и оно делала воду чистой сверху); Пеннант в — что над тюленями, рвущими под водой жирную рыбу, поверхность разглаживается, и по этой примете рыбаки их находят; а в сноске Браунригга рыбаки Гибралтара льют масло, чтобы разглядеть на дне крупных устриц. Франклин добавляет: 1757 год, флот из 96 судов идёт на Луисбург, кильватер двух кораблей очень гладкий, за остальными вода волнуется от ветра. Коки, надо думать, вылили за борт жирную воду. Дальше он ставит опыты на пруду сам. Чайная ложка успокаивает воду на примерно 2000 квадратных метров. Дальше Франклин возил масло внутри бамбуковой трости и повторял фокус в поездках, чем впечатлял будущих избирателей. Он был ещё членом Лондонского королевского общества и членом престижнейшего «Клуба честных чудаков». Чудачествовал знатно. Граф Бентинк показал письмо из Батавии (современной Индонезии): у острова Св. Павла голландский корабль спасся в шторм тем, что капитан лил масло за борт и «компания, возможно, обязана своим кораблём всего шести полуаумам оливкового масла» — это где-то 420 литров. Провели ещё ряд опытов и добавили в британский и американский морские уставы, что каждая спасательная шлюпка должна иметь на борту канистру с штормовым маслом. Но Франклин так и не понял, насколько тонкой была плёнка. В 1890 году лорд Рэлей капнул на чистую воду отмеренное количество оливкового масла, дал растечься до предела и разделил объём на площадь. Вышло около 1,6 нанометра. Плёнка не может быть тоньше одной молекулы, значит, это оценка размера молекулы сверху — первое такое измерение. — Лорд, что вы сегодня делали? — О, ложкой измерял размер молекулы! Почти одновременно немка Агнес Покельс, которую в университет не взяли из-за пола, ставила опыты дома в жестяной ванночке, но её больше интересовало натяжение плёнки. Идея поверхностного натяжения пришла ей в голову, когда она мыла жирные тарелки и сковородки на кухне. Когда лорд Рэлей получил письмо от никому не известной немецкой домохозяйки, он не выкинул его, а написал редактору Nature: «Её методы настолько остроумны, а наблюдения столь важны, что я почту за честь просить о публикации». Она опубликовалась в 1891. Так родились плёночные весы, понятие мономолекулярного слоя и вся химия поверхностей. Ирвинг Ленгмюр, когда получал Нобелевскую премию за химию поверхностей, прямо в своей нобелевской речи сказал, что всё благодаря Агнес. Университет Брауншвейга присвоил ей степень почётного доктора наук, а потом назвал лабораторию в её честь. И это далеко не всё, что можно сделать совершенно обычной чайной ложкой и кучей любопытных людей! -- Вступайте в ряды Фурье! | Лучшие посты Когда ты в море, есть простое правило: если предмет движется — отдай ему честь, если не движется — покрась его!

Для любителей металлов и просто для понимания природных процессов... А можно ли ржавчину превратить обратно в железо? Так вот. Каждый кусок стали на Земле изначально и был... ржавчиной. Природная железная руда — это, по сути, и есть окисленная порода, и вся металлургическая промышленность построена на процессе её удаления при температуре около 1600°C. Когда железо находится под дождем и превращается в хлопьевидный оранжевый порошок, это выглядит как необратимое разрушение металла. Но с химической точки зрения ржавчина — это просто железо, которое связалось с кислородом в результате экзотермической реакции. Когда атомы железа связываются с атомами кислорода в присутствии воды, они выделяют энергию. Чтобы обратить этот процесс вспять и превратить ржавчину обратно в железо, необходимо разорвать эти связи. Для этого необходимы две вещи: огромное количество тепла для восполнения потерянной энергии и химический восстановитель, который притягивает кислород сильнее, чем железо. На сталелитейном заводе эта руда загружается в доменную печь вместе с коксом (чистым углеродом) и нагревается примерно до 2000 °C. При таких экстремальных температурах углерод действует как восстановитель, реагируя с кислородом в оксиде железа и образуя оксид углерода и диоксид углерода. Эти газы отводятся, оставляя чистое расплавленное железо на дне. Для более быстрого и гораздо более агрессивного метода в качестве восстанавливающего агента используется алюминиевый порошок. Алюминий обладает высокой реакционной способностью и образует гораздо более прочные связи с кислородом, чем железо. Когда ржавчину и алюминиевый порошок смешивают и поджигают — образуя смесь, называемую термитной, — алюминий быстро отщепляет кислород от железа. Термитная реакция происходит, когда порошок алюминия бурно отщепляет кислород от оксида железа, выделяя достаточно тепла, чтобы оставить после себя чистое расплавленное железо. Термитная реакция настолько энергична, что достигает температуры выше 2500 °C. После того, как искры утихают, алюминий превращается в оксид алюминия, а первоначальная ржавчина остается в виде раскаленной лужицы жидкого железа. И знаете... Отчасти это гениально. Оторвать более "агрессивным элементом" то, что прореагировало с железом. Теперь вы про это знаете, если не знали. И, что ещё интересно - многие якобы сложные методики держатся на простом базовом принципе.

Ребятки учили Qwen 3.5 35B A3B молекулы дизайнить. Надеюсь молекулярные на месте дальше от ллмки тк что именно за датасеты и фреймворки молекулярные и как они работают я не особо понимаю: Как устроен процесс трена 1. Создают 200k задач, которые относительно просто генерить на молекулах из ZINC. Из ZINC берут исходную молекулу, через RDKit и OpenEye считают 116 молекулярных свойств. Случайно выбирают одно свойство, которое нужно улучшить, ещё 2–4 превращают в ограничения, а через BRICS задают каркас молекулы, который должен сохраниться. Так автоматически получают задачи вида: увеличить QED, но удержать молекулярную массу и TPSA в заданных пределах и сохранить исходный каркас. В статье публичную реализацию их генератора задач не дают. 2. Qwen сама генерирует новую молекулу. Модель получает исходную молекулу + цель + ограничения и предлагает новый SMILES. Затем через инструменты проверяет, что получилось, меняет структуру и повторяет. То есть ЛЛМ — генератор, а RDKit/OpenEye здесь играют роль верификатора. 3. После этого переходят к реальным экспериментально определённым структурам белок–лиганд. Для второго этапа берут 999 комплексов из PLINDER. Информацию о кармане связывания переводят в текст: какие водородные связи уже есть, где есть стерические столкновения, какие полярные участки свободны, какие аминокислотные остатки окружают лиганд. LLM уже редизайнит молекулу с учётом конкретного кармана белка. В статье публичную реализацию этого преобразования 3D-структуры в текст тоже не дают. 4. Каждый перспективный SMILES проверяется в 3D. POSIT размещает новую молекулу в кармане белка, используя экспериментальное положение исходного лиганда как шаблон. Затем Chemgauss4 быстро оценивает получившуюся форма. Оценка возвращается обратно LLM, и она решает, как изменить следующую молекулу. Этот дорогой оценщик можно вызвать максимум пять раз за один цикл — модель должна научиться не тупо перебирать варианты, а выбирать, что действительно стоит проверять. 5. Весь этот агентный цикл обучают через RL. Для этого используется открытый prime-rl: одни процессы генерируют цепочки действий модели, обучающий процесс параллельно обновляет её веса. Награда учитывает улучшение целевой характеристики, соблюдение ограничений, валидность молекулы и количество вызовов инструментов. На Tier-1 целью является одно из молекулярных свойств, а на Tier-2 — улучшение предсказанного связывания с белком. Сначала RL идёт на дешёвом Tier-1, затем — на более дорогом Tier-2. В конце модель проверяют на 40 новых системах белок–лиганд, которых не было в обучении. Вместо Chemgauss4 используют SQM2.20 — более дорогой и физически детальный метод оценки связывания на основе полуэмпирической квантовой механики. Один такой расчёт занимает уже десятки минут, поэтому масштабировать RL напрямую на нём слишком дорого. Именно здесь проверяют, перенёсся ли навык, выученный на дешёвых упрощённых задачах, на более качественный оценщик. Tier-2 берут из официального train split PLINDER, а эти 40 систем — из test split, чтобы не было утечки между train и evaluation. Training Large Language Models for Small-Molecule Design with Synthetic Task Scaling https://arxiv.org/abs/2609.04735 https://www.alphaxiv.org/ru/abs/2609.04735

Гелий ни с чем не реагирует, не так ли? А что вы тогда знаете про самую сильную кислоту во Вселенной? Спустя 100 000 лет после Большого взрыва гелий и водород соединились, образовав первую молекулу во Вселенной — и заодно самую сильную известную кислоту. В обычных условиях на Земле сегодня эти два элемента полностью игнорируют друг друга. Внешняя электронная оболочка гелия заполнена двумя электронами, что делает его абсолютно стабильным. Водород стремится к обмену электронами для достижения стабильности, но гелий отказывается участвовать в этом процессе. Если смешать эти два газа в воздушном шаре, они останутся отдельными, независимыми атомами. Но ранняя Вселенная состояла почти исключительно из водорода, гелия и ничтожно малого количества лития. По мере снижения температуры нейтральные атомы гелия смогли образовать связи с положительно заряженными ионами водорода (чистыми протонами). Это вынужденное соединение привело к образованию гидрид-иона гелия (HeH+). Впервые ученые синтезировали HeH+ в лаборатории в 1925 году, но почти столетие потратили на его поиски в космосе. В 2019 году, используя инфракрасную обсерваторию, установленную внутри модифицированного Boeing 747, астрономы наконец обнаружили эту первозданную молекулу Вселенной в умирающей звездной системе NGC 7027 и доказали, что такое бывает. Образующийся ион гидрида гелия невероятно нестабилен. В тот момент, когда HeH+ соприкасается с обычным веществом, он вступает в реакцию, отдавая свой протон и мгновенно превращаясь в независимый атом гелия. Именно эта высокая реактивность является причиной того, почему он не может существовать на Земле. И именно поэтому в не совсем обычных условиях это очень сильный реагент и самая сильная кислота во Вселенной. Но это соединение не образуется даже внутри газовых гигантов.

Жизнь на Марсе, возможно, не очень-то и жизнь. Есть такой офигенный опыт «Химические сады». Зерно соли железа (FeSO₄, FeCl₃) бросают в раствор силиката натрия. Вокруг зерна мгновенно образуется полупроницаемая мембрана силиката железа; осмос раздувает её, мембрана рвётся, и из разрыва растёт трубка. Получаются отличные самоорганизующиеся структуры, которые похожи на биогенные. Проблема в том, что они много кого обманули. Признаки как у жизни: полые круглые сечения, некристаллографическое ветвление постоянной толщины, анастомозы, вложенность в чехлы. На этих находках строились громкие заявления об обнаружении следов жизни возрастом 4 миллиарда лет в Канаде или древнейших грибов аж на 2,4 миллиарда лет в Южной Африке. И так же определяют разные аналоги марсианских подповерхностных микрофоссилий. Если хотите изучать происхождение жизни, то вам надо изучать каменюки под микроскопом. В очень древних породах, которым миллиарды лет, находят крошечные структуры из минералов железа. Ладно, вы уже знаете, что это, но коротко — их принимали за окаменелые останки древнейших бактерий или грибов. И тут чувак Шон Макмахон подумал "Да вы охренели там что ли?!" или что-то подобное. Взял банку и доказал, что можно повторить процесс чисто химически. Собственно, в работе он это сделал на макроуровне и микроуровне и всё измерил. Всё получилось ровно так, как надо. То, что структура выглядит как ветвящаяся клеточная нить, ничего не доказывает. Чувак с банкой уделал кучу коллективов учёных, стал рок-звездой среди астробиологов и доцентом астробиологии в Эдинбургском университете. Дальше он ещё несколько раз проделывал этот же фокус, повторяя другие следы жизни. Вот, например, с коллегами формулировал ТЗ для нового марсохода. Про трубочки вы уже знаете, ещё там кое-что можно сделать с помощью математики и краски с автомобильных заводов. Если дать палентобиологам бампер от Форда, то они там найдут такие же фрактальные структуры, которые десятилетиями принимали за древнейшие следы жизни на планете — строматолиты. В этой работе организовали соревнование между химическими садами и бактериями: — У живой бактерии трубка формируется вокруг гладкой клетки микроба. Из-за этого внутренняя поверхность трубки получается очень гладкой и плотной (она повторяет форму микроба), а снаружи на нее хаотично налипают хлопья железа — она становится рыхлой и бугристой. — У химического сада всё наоборот. Тонкая внешняя стенка формируется мгновенно на границе двух жидкостей, поэтому она гладкая. А вот изнутри на нее продолжают нарастать грубые, рыхлые кристаллы железа. — Бактерии делают по ГОСТу на 1,7 микрометров в диаметре (это ГОСТ конкретных Leptothrix) и соблюдают разумные углы. — Трубки химических — от 1,7 до 11,8 микрометров с диким разбросом. Отклонения по углам тоже высокие. — Бактерии жрут железо, забирая из него энергию. Они берут ионы Fe2+ и выделяют полностью окисленное железо Fe3+ (это, кстати, причина, почему можно выплавить себе нож из рыжей взвеси на дне озера). В бактериальных трубках не осталось ни одного процента Fe2+. — В химических садах застревает часть неокисленного Fe2+. Но! В реальности за миллионы лет давление и температура заставляют минералы кристаллизоваться заново. Тонкие текстуры стираются, а химический состав меняется. Поэтому для древнейших марсианских или земных пород этот метод, увы, может не сработать. Здесь их ещё запекли в печи и получили сложную органику. Эта искусственная органика такая же, как нашли в древних окаменелостях. Значит, органика внутри древних камней — тоже не доказательство жизни. В природе 3,5 миллиарда лет назад были все ингредиенты (барий, стекло, вода, тепло и простая органика), чтобы лепить такие каменные спиральки без участия реальных бактерий. -- Вступайте в ряды Фурье! | Лучшие посты — Есть ли жизнь на Марсе? — У меня там дача!

Ученые из Института геохимии и аналитической химии имени Вернадского РАН и Научно-исследовательского физико-химического института имени Карпова предложили получать наночастицы с железом-59 с помощью золь-геля. Золь-гель-метод представляет собой химическую технологию получения наноматериалов из растворов через стадию перехода жидкого коллоидного раствора (золя) в студенистую сетку (гель). Эта технология примечательна разработкой метода синтеза наночастиц магнетита из высокочистых сульфатов железа, что минимизирует появление нежелательных радионуклидных примесей при активации тепловыми нейтронами. Подробнее в официальном блоге ГК «Росатом» на Naked Science: https://naked-science.ru/article/column/nano-s-zhelezom-59

Простите, что врываемся в ваш сон, но сегодня ещё одна научная сказка. Про вас. Мы все сделаны из звёзд! 90% нашего тела — это пепел погибших звёзд, а около 10% — вещество Большого взрыва. Например, водород в нас не был в звёздах, он возник в первые 20 минут после рождения вселенной. В вас есть протоны, которым уже 13,8 миллиардов лет. Углерод и азот — это сброшенные оболочки звёзд, которые дальше стали планетарными туманностями. Кислород рождается в массивной звезде, а потом взрыв раскидывает слои звезды на световые годы вокруг. Йод (нужен для гормонов щитовидной железы) — столкновение двух нейтронных звёзд. Это всё звёзды Поколения II и Поколения III, жившие и погибавшие в нашем секторе Млечного Пути за первые 9 миллиардов лет существования Галактики. Около 4,6 миллиарда лет назад ударная волна от одной из близких сверхновых сжала газопылевое облако — Солнечную туманность. Это облако сколлапсировало, образовав в центре Солнце, а из оставшегося на периферии звёздного мусора — Землю. Так что стол, стул, цветок на окне, клещ Зиновий и вы — всё это прилетело очень издалека или было тут просто невероятно давно. Когда вы касаетесь руки другого человека, то вы буквально касаетесь звездой из одной системы другой из совсем другого края галактики. Это работа B²FH про то, откуда берутся разные химические элементы. Звезда — печь с меняющимися настройками. Пока есть водород, температура низкая. Кончился — звезда сжимается, греется, начинает жечь гелий. Каждая ступенька дальше открывает новый набор реакций, и так до железа, на котором энергия из слияния кончается. Всё тяжелее железа делается прилипанием нейтронов — либо за тысячи лет, либо за секунды во взрыве. — Горение водорода. Четыре протона превращаются в гелий. Даёт основную энергию звёзд вещества от углерода до натрия. — Горение гелия. Три ядра гелия сливаются в углерод-12, дальше присоединение альфа-частиц даёт кислород-16, неон-20, возможно магний-24. — Альфа-процесс. Альфа-частицы налипают на неон-20, строя магний-24, кремний-28, серу-32 и дальше до титана-48. — Равновесный e-процесс. Выше 3 миллиардов градусов реакции идут быстро, важна энергия связи. Побеждает железо и вся группа от ванадия до никеля. Это случается прямо перед вспышкой сверхновой. — Медленный захват нейтронов. Ядро ловит нейтрон раз в 100–100 000 лет. Это большинство изотопов с атомными весами 23–46 и заметную долю в диапазоне 63–209. Идёт внутри красных гигантов. — Быстрый захват. Нейтронов настолько много, что ядро успевает нахватать до 200 штук за 10–100 секунд, прежде чем распадётся. Только так делаются уран и торий, а также большая часть изотопов тяжелее 70. Это когда взрыв сверхновой. — p-процесс. Захват протонов и выбивание нейтронов гамма-квантами при температуре около 2,5 миллиарда градусов за 200 секунд. Редкие протоноизбыточные изотопы. — x-процесс. Сборный для дейтерия, лития, бериллия и бора. Фаулер получил Нобелевку за ядерные реакции. Фреда Хойла проигнорировал Нобелевский комитет, и это решение до сих пор называют одной из главных несправедливостей в истории премии. Маргарет Бёрбидж прожила до 100 лет и умерла только в 2020-м. Она была первой женщиной-директором Королевской Гринвичской обсерватории, президентом Американского астрономического общества и ключевым разработчиком спектрографов для Хаббла. Джеффри Бёрбидж стал директором Национальной обсерватории Китт-Пик и 30 лет редактировал журнал Annual Review of Astronomy and Astrophysics. За 60 следующих лет разобрались с x-процессом и поправили многие другие. И если вы сейчас носите золотое кольцо, то знайте — это остывший осколок самой страшной катастрофы во Вселенной. Это пепел двух нейтронных звёзд, которые кружились друг вокруг друга, а потом столкнулись. -- Вступайте в ряды Фурье! | Лучшие посты В школе ниндзя все задачи со звездочкой!

Молекулу научились не строить заново, а перепланировать Обычно, когда химикам нужно новое вещество, они собирают его с нуля — реакция за реакцией. Долго и дорого. Есть подход поизящнее: взять готовую молекулу и перестроить ей несущий каркас. Примерно как перепланировка в квартире вместо стройки нового дома. Направление называется редактированием молекулярного скелета, и фармацевтике оно нужно позарез — так гораздо быстрее перебирать варианты будущих лекарств. Беда в том, что каркас на то и каркас: ломается плохо. Особенно у сложных эфиров, где связи между атомами углерода и кислорода приходится рвать буквально грубой силой. А в такой мясорубке вместе с каркасом погибает и всё остальное в молекуле. Команда из японского Университета Рицумэйкан подсмотрела обходной путь у природы. В живых клетках перестройку молекул часто запускает присоединение галогена — например, хлора. Химики решили повторить приём и назвали его «cut-to-fuse», «разрезать и сплавить»: сначала галоген разрывает кольцо молекулы, получается свободная цепочка, а дальше она сама сворачивается — но уже в другую фигуру. Первый заход провалился. С фтором молекула просто разлеталась на куски. С ним вместо развала пошла именно перестройка: из кольца выпадала карбонильная группа (связка атома углерода с кислородом), а остаток собирался в новое кольцо. Если по-научному — гидроксикумарин превращается в кумаранон. Дальше начинается самое приятное. Реакция идёт при комнатной температуре, в почти нейтральной среде и вообще без катализаторов на переходных металлах. Выход целевого продукта — больше 99%. Мягче этого, утверждают авторы, для такой операции пока ничего небиологического не придумали. И метод не капризный. Его прогнали через множество вариантов исходной молекулы, обвешанных самыми разными довесками, — сработало везде. На граммовом масштабе выход составил 91%, а полученный каркас потом спокойно достраивали дальше, превращая в другие полезные структуры. @vselennayaplus

Создана технология получения нанокристаллов из нитридов металлов, что считалось невозможным Нанокристаллы стали важной частью современного материаловедения, однако, несмотря на огромный потенциал этих микроскопических кристаллов, получать их удается лишь из относительно ограниченного круга материалов. Американские химики разработали метод синтеза нанокристаллов из нитридов металлов — прежде эта задача считалась невыполнимой. Теперь нанокристаллы можно будет смешивать с полимерами, наносить струйной печатью, встраивать в ткани и создавать гибкие устройства нового поколения для самых разных сфер применения. https://hightech.plus/2026/08/31/novaya-tehnologiya-proizvodstva-nanokristallov-dlya-svetodiodov-implantatov-i-sverhprovodnikov

Молекула-клетка из нефти, в которую можно спрятать что угодно В нефти есть экзотические молекулы, у которых атомы углерода стоят точно как в алмазе. Это адамантаны, и их замкнутая структура работает как крохотная клетка. Внутрь такой клетки можно укладывать полезную нагрузку, которая на практике, как аккуратно оговаривается в тексте, может оказываться вредной, опасной и даже убийственной. Пока же самосборка выглядит скорее многообещающе. В 2016 году в Стэнфорде из меди и серы вырастили провод толщиной три-четыре атома с почти идеальной проводимостью, без дефектов и примесей. Но именно доказанная способность к самосборке приводит автора к фантазии Юдковского про рой адамантановых «простейших», который воспроизводил бы себя из органики и разлагал всё живое на простейшие углеводороды. Узнаем, что на самом деле можно закладывать в алмазоподобную клетку и чем это грозит.

Новый клей схватывается под водой за считанные секунды и держится годами Обычно перед склеиванием поверхности требуется тщательно высушить, поскольку слой воды помешает адгезии и сделает соединение слабым. Но китайские ученые создали суперклей, который работает под водой и схватывается за секунды. Секрет — в особом ионном жидком полимере и эффекте Марангони: когда раствор наносят на мокрую поверхность, разница в поверхностном натяжении заставляет жидкость быстро растекаться, вытесняя воду. В результате клей проникает через гидратный слой и образует прочную связь. https://hightech.plus/2026/08/13/novii-klei-shvativaetsya-pod-vodoi-za-schitannie-sekundi-i-derzhitsya-godami

Следите за руками: — Вода замерзает при 0 °C. — Этиленгликоль замерзает при -13 °C. — А вот смесь воды (34%) с этиленгликолем (66%) замерзает при -70 °C. А какого, спрашивается, хрена? Ну, ответ очень простой. По той же причине, что это не друзья Вовочки воровали спирт. Если вы возьмёте 1 килограмм воды и 1 килограмм этилового спирта или этиленгликоля и смешаете, образуется 2 килограмма смеси. Но! 1 литр воды + 1 литр этилового спирта или этиленгликоля дают не 2 литра, а чуть меньше — усадка будет примерно 3%, то есть кто-то стырит 60 мл. Спирт и этиленгликоль частично встревают между молекулами воды, поэтому попадают туда как в пазы. Этиленгликоль нам интереснее для антифризов. Вода в обычном состоянии кристаллизируется при 0 °C. Кристаллическая решётка держится на водородных связях. Этиленгликоль кристаллизируется при -13 °C. Но вместе они из-за частичного пересечения объёмов мешают друг друга замерзать нормально! В этиленгликоле есть гидроксильные группы (-OH), и именно эти гады образуют прочные водородные связи с молекулами воды. Получается, что вода не может стать кристаллом, потому что какая-то сволочь не даёт соединить всё водородными связями и постоянно на них липнет. Этиленгликоль тоже не может стать кристаллом, потому что какая-то мерзость перехватывает его связи кристаллической решётки. Только если ещё больше замедлить движение молекул, получится упорядочить систему. Есть пропорция, при которой температура замерзания раствора становится минимально возможной. Эта точка называется эвтектической. В нашем случае это 66–68% этиленгликоля. Обычно -70 не надо, можно смешивать и 1:1 с водой для средней полосы и антифризов для легковых машин, будет около -38 °C. Даже если мороз ударит сильнее, чем -38 °C, двигателю не хана, трубочки не порвёт. Чистая вода при замерзании расширяется на 9% и рвёт металл. А смесь этиленгликоля и воды при замерзании не становится монолитным льдом, а густеет в рыхлую кашицу (шугу) или гель. Объём при этом почти не увеличивается, поэтому блок цилиндров остаётся целым, даже если антифриз замёрз. Так что теперь вы сможете задать внезапный философский вопрос таксисту, если он начнёт рассказывать вам про свой бизнес. -- Вступайте в ряды Фурье! | Лучшие посты Пирсинг — не для российской зимы!

🔵Синий пиксель наконец «докрутили» У OLED-экранов давняя болячка — синий цвет. Красные и зелёные пиксели уже научились работать почти со стопроцентной отдачей, подмешивая тяжёлые металлы вроде иридия. А вот обычный синий упирается в потолок: до дела доходит лишь 25% энергии, остальное теряется. Иридий бы помог и тут, но синему нужны такие высокие энергии, что молекулы быстро деградируют — пиксель живёт недолго. Учёные из Нагойского университета и Университета Кюсю зашли с другого конца — через ИИ. Их цель — молекулы класса TADF, которые ловят обычное тепло вокруг и «переплавляют» бесполезные возбуждённые состояния в свет. Лучшие такие молекулы обычно строят на боре, но собирать их химически тяжело. Поэтому команда решила искать варианты вовсе без бора — каркасы из 13 колец, собранные только из углерода, водорода и азота. Комбинаций получилось море — виртуальная библиотека больше 19 000 молекул. Считать каждую точными методами квантовой химии — это чудовищные вычислительные затраты, а машинное обучение быстрое, но его надо на чём-то натаскать. Хитрость вот в чём: из библиотеки наугад взяли 1000 молекул, просчитали их квантовой химией и на этих данных обучили модель. Дальше ИИ уже сам просеял больше 17 000 кандидатов, оставив полсотни самых перспективных. Из них выбрали две молекулы и синтезировали по-настоящему. И они сработали. Обе дали чистый насыщенный синий с узкой полосой свечения, а КПД люминесценции в плёнке дотянул почти до 100% (93–99%). Собранные на них устройства выдали ровно то, что нужно: образец Cz-PAH-1 подобрался к эталонному синему нового стандарта сверхчёткости Rec. 2020, а Cz-PAH-2 показал внешнюю квантовую эффективность 35,2%. Такой подход теперь можно натравить и на другие материалы. @droidergram