Деменция бывает и у детей. Лекарства от неё, возможно, уже одобрены Слово «деменция» рисует человека глубоко в возрасте. А теперь представьте те же симптомы (потерю памяти, распад мышления) у ребёнка. Причина в генетических мутациях, которые запускают в детском мозге механизмы, характерные для нейродегенерации пожилых. Самая частая форма — синдром Санфилиппо. Ломается ген фермента, который расщепляет углевод гепарансульфат. Расщеплять некому и вещество копится в тканях, в том числе в клетках мозга, и отравляет их. Прогнозы разные, но до взрослого возраста доживают единицы. Детские деменции почти всегда вызваны поломкой одного гена. Это делает болезнь достаточно «простой», чтобы воспроизвести её в лаборатории. Что и сделала команда под руководством нейролога Седрика Барди из австралийского SAHMRI. У детей с диагнозом взяли клетки кожи и превратили их в нейроны. Дальше по этой модели прогнали десятки уже существующих препаратов. Связка из машинного обучения, методов визуализации, анализа активности генов в отдельных клетках и замеров электрических свойств нейронов отсеяла минимум девять перспективных соединений. Действовали они по-разному. Одни снижали накопление токсичного углевода. Другие продлевали клеткам жизнь — а значит, потенциально тормозили дегенерацию. Третьи улучшали связь между клетками так, что это могло бы помочь когнитивным функциям. Авторы допускают, что комбинация препаратов дала бы долгосрочный эффект детям с недавно поставленным диагнозом. Смысл в том, что часть кандидатов на лекарства уже одобрена — просто по другим показаниям. Пробенецид от подагры, кеторолак от боли. По безопасности они изучены вдоль и поперёк, а значит, изрядный кусок пути можно пропустить. Тот же подход, по мнению авторов, годится и для других детских деменций, вызванных поломкой одного гена. @vselennayaplus

Пшеница — говнокод, надёрганный из трёх разных проектов. Натурально три разных растения, склеенных в одно. Фигли вы хотели, гексаплоидия — шестикратный набор хромосом. Наш размер генома — 3,3 миллиарда букв. А у пшеницы 17 миллиардов. Она охренела! Первое слияние прошло 500 тысяч лет назад, мы тут ни при делах, оно само. Дикая пшеница Triticum urartu (геном AA) слилась в экстазе с не менее дикой травой из рода Эгилопс (геном BB). Причём новая трава тоже не так, чтобы была хорошо отрефакторина, мусора там в коде было очень дофига. И за каким-то хреном потомки этих двух странных растений не стали стерильными. Получился новый вид с геномом AABB — дикая пшеница полба. Из её потомка сегодня делают твёрдые сорта пшеницы (для итальянских паст и макарон). Второе слияние — уже наша работа, мало нам было нормальной пшеницы, захотелось помягче. 8-10 тысяч лет назад в районе Плодородного полумесяца (Турция, Сирия, Ирак) начали сажать AABB и как-то скрестили её с сорняком Aegilops tauschii (геном DD). И эта хрень прижилась! Получилось растение AABBDD — хлебная мягкая пшеница. Там же прошла офигенно большая работа. Пшеница специально делает ветки ломкими, чтобы семена падали на землю. За это отвечают 2 переключателя. Если сломать только один переключатель, пшеница всё равно будет частично разваливаться. Мутация должна была сломать оба независимых гена в одном организме. Поэтому пшеницу пришлось брутфорсить несколько тысяч лет. Тысячи лет поколения древних людей мучились ради вашего круассана, собирая рассыпающееся зерно с земли, пока не нашлось растение с двойной мутацией. Теперь возвращаемся к AABBDD — почти каждый ген у пшеницы есть в трёх почти одинаковых версиях. Если у нас сломается один важный ген — будет тяжёлая болезнь. Если у пшеницы ломается ген из набора A, его работу легко подстраховывают копии из наборов B и D. Поэтому она выживает и в Индии, и в Сибири. И да, теперь вы можете представить, как этот геном пшеницы читали учёные — им же надо было собирать пазл из кучи мелких деталей. А детали в одно и то же место подходили разные! Они там прокляли всё ) Образовался даже Международный консорциум по секвенированию генома пшеницы, потому что 20% мировых калорий. Собственно, вот работа про это. Узнали, что 3 субгенома работают на удивление слаженно, нет субгеномного доминирования. Если ген дублируется в трёх копиях, растение обычно использует их все. Для чего всё это делали: есть сорта с полым стеблем (он легко ломается ветром и его любят есть насекомые) и с твёрдым сплошным стеблем. Раньше селекционерам приходилось скрещивать растения и долго выращивать их, чтобы посмотреть, какой стебель получится. Тут же быстро нашли конкретный ген на хромосоме 3B, отвечающий за плотность стебля, и сварили генетический маркер. Селекционер берёт кусочек листа, капает реактивом и сразу видит, будет стебель твердым или нет. Это экономит годы работы. Заодно отредактировали сразу 3 гена-регулятора цветения CRISPR-Cas9. Получилось! Отредактированная пшеница цвела на 2–3 дня раньше. В итоге основные фичи релизов: — Полиплодия дала возможность сколько угодно экспериментировать с кодом. — Появилась температурная устойчивость. — Выросли длинные усы на колосе. Когда сухо, они сжимаются, когда влажно — расправляются. Они буквально вкручивали зерно в землю. — Улучшили бронезащиту от птиц, жуков и засухи. — (Где-то тут начался направленный отбор человеком) прочные колосья — чтобы зерно не осыпалось, а прижималось к стеблю. — Чешуя перестала намертво прирастать к зерну. Можно было чистить кучей, а не по одному. — Отбирали самые крупные зёрна, в них стало много крахмала и белка. — От удобрений колос становился длинным, гнулся от ветра, и пшеница падала на землю и гнила. Привили ген карликовости — сделали коротким и прочным. Так что когда следующий раз увидите проект с полностью разным кодом бека для веб-версии, приложения и мобильного приложения — вспомните пшеницу! -- Вступайте в ряды Фурье! | Лучшие посты Двое влюбленных лежали во ржи. Тихо комбайн стоял на межи. Тихо завелся, тихо пошёл... Кто-то в буханке полпальца нашел!

Ген, из-за которого наш мозг взрослеет мучительно долго У мыши иммунные клетки мозга созревают недели за три. У человека — от четырёх до восьми лет. Учёные из Института Цукермана Колумбийского университета показали, что за этой пропастью стоит ген, который есть только у нас. Сначала про клетки. Микроглия — самые многочисленные иммунные клетки мозга, на них приходится примерно 5–10% всех его клеток. Они отбиваются от вторжений, убирают повреждённые нейроны и, что важнее всего, помогают лепить нейронные цепи, пока мозг развивается. Именно микроглия участвует в решении, какие синапсы нейрон сохранит, а какие пойдут под нож. Она же способна сделать связи в цепочке более или менее отзывчивыми. Теперь про ген. Лаборатория Франка Поллё больше 15 лет копает SRGAP2 — один из нескольких десятков генов, продублировавшихся только у человека. Раньше выяснилось, что человеческие копии SRGAP2 увеличивают число синапсов и заставляют их созревать необычно медленно. Плата за медлительность щедрая: связи получаются прочнее и плотнее, а значит, нейрон лучше обрабатывает и хранит информацию. Новая работа показала, что дело не только в нейронах. Карлос Диас-Салазар обнаружил, что человеческих копий SRGAP2 в микроглии почти в десять раз больше, чем в самих нейронах. «Вопрос был такой: почему, чёрт возьми, этот ген так активен в микроглии?» — вспоминает Поллё. Эксперименты на мышах и человеческих клетках дали ответ: человеческие копии SRGAP2 растягивают развитие микроглии. Уберите ген — и клетка созревает заметно быстрее. Картина складывается такая. SRGAP2 держит нейроны и микроглию на одном расписании, и обе стороны неспешно взрослеют вместе. Благодаря этому микроглия успевает влиять на нейронные связи весь необычно долгий период формирования человеческого мозга. У биологов такое затянутое созревание называется неотенией, и её давно подозревают в связи с нашими когнитивными способностями. Что дальше: разобраться, каким именно образом SRGAP2 производит эту неотению. @vselennayaplus

Как собака стала нашим лучшим другом В захоронениях возрастом 14 тысяч лет собаки лежат рядом с людьми. Они есть в древнем искусстве всех континентов, в мифах и религиях практически любой культуры. Пятнадцать тысяч лет совместной истории и результат сегодня перед глазами: от чихуахуа, помещающейся в сумку, до дога ростом по пояс. Археолог Питер Митчелл в новой работе First Dogs разбирает, как из одного вида получилось такое разнообразие. Его главный тезис: одомашнивание не было моментом, когда человек «взял» волка. Это был долгий процесс, где обе стороны поначалу выступали примерно на равных, а ключевую роль играли охотники-собиратели. Задолго до того, как люди научились контролировать растения и других животных. Дальше пути разошлись по географии. Причём буквально на уровне костей и генов. В Арктике собаки стали тягловыми животными, и скелет отреагировал: характерные нагрузки на позвонки, массивные кости конечностей, приспособленные тащить тяжести по льду. Изотопный анализ древних костей показал ещё кое-что — в прибрежных районах люди и собаки ели практически одно и то же, в основном морскую пищу. На Тибетском нагорье случилось совпадение поразительнее. Собаки и их хозяева независимо приобрели похожие генетические адаптации к разрежённому воздуху. У тибетских собак нашли конкретные гены, помогающие жить на высоте, где обычным породам тяжело, — и они зеркалят адаптации местного населения. В тропических лесах Южной Америки и Юго-Восточной Азии сложился другой типаж: некрупные, юркие охотничьи собаки, умеющие вести зверя в густой растительности. Этнографы описывают, как местные жители отбирали перспективных щенков и порой подмешивали кровь диких псовых, чтобы освежить нужные качества. @vselennayaplus

Ученые впервые полностью расшифровали геном живого человека Исследователи из консорциума Telomere-to-Telomere (T2T) впервые реконструировали полный персонализированный геном живого человека, включающий обе копии всех хромосом — одну от матери и одну от отца. В отличие от прежнего подхода, когда ДНК пациента сравнивали с усреднённым шаблоном, новый метод позволяет создать точный генетический профиль, учитывающий все индивидуальные особенности. Это открывает путь к ранней диагностике редких заболеваний, прогнозированию рисков рака, а также к персонализированному лечению на протяжении всей жизни. https://hightech.plus/2026/08/07/uchenie-vpervie-polnostyu-rasshifrovali-genom-zhivogo-cheloveka

Вау! TERRA - это 1-я мировая модель для тканей человека Институт Сэнгера потратил 1,5 года на создание фундаментальной модели для пространственной транскриптомики, то есть универсального атласа того, как работают ткани человека на клеточном уровне. Она построена на одном из самых крупных корпусов человеческих данных, собранных на сегодняшний день. TERRA - это попытка сделать для тканей человека то, что GPT сделал для текста. Модель одновременно понимает 3 уровня: что делает ген в конкретной клетке, каков тип и состояние самой клетки, и как устроено её микроокружение. Архитектурно модель близка к JEPA ЛеКуна. Модель уже нашла в поджелудочной железе новое сосудистое состояние, предположительно предшественник зрелой сети островков Лангерганса. Также выявила макрофагальную нишу на границе опухоли, которая коррелирует с плохой выживаемостью при раке почки. Модель обучена на 112 миллионах клеток из пространственной транскриптомики, охватывает 20 тканей, 26 заболеваний, стадии развития и норму. Примерно две трети данных- собственные, новые. Модель, код открыты.

Суперэйджеры: дело оказалось не в генах Есть люди, которые в 80 и 90 лет помнят так же хорошо, как те, кто на несколько десятилетий моложе. Их называют суперэйджерами, и память тут — именно критерий отбора: кандидатов выявляют развёрнутыми когнитивными обследованиями, а не опросником. Но сам феномен шире одной только памяти. Почти два десятилетия учёные описывают связанные с суперэйджингом черты (мозговые, биологические, психологические и социальные) и говорят об исключительном когнитивном старении в целом. Всё это время висело простое и скучное объяснение: а вдруг суперэйджерам просто повезло с генетикой? Не досталось наследственного риска болезни Альцгеймера — вот память и держится. Если бы гипотеза подтвердилась, искать суперэйджеров можно было бы обычным генетическим тестом вместо долгих когнитивных обследований. Гипотезу взяли и проверили. Исследователи из HAARC и института TGen собрали 142 суперэйджера и 89 пожилых людей с обычными для возраста показателями памяти. Из образцов крови выделили ДНК и посмотрели в первую очередь на APOE, ген с самым сильным известным влиянием на риск поздней формы Альцгеймера. Дополнительно посчитали три полигенных индекса риска — это когда информацию по тысячам вариантов генома сводят в одну оценку наследственной предрасположенности. Результат: по APOE и по полигенным индексам две группы надёжно не различаются. Отдельно поискали редкие защитные варианты, которые раньше связывали с устойчивостью к болезни, — у суперэйджеров они встречались не чаще, чем у остальных. Видимо, отсутствие факторов риска и наличие факторов защиты — совсем не одно и то же. А значит, меняется и сам вопрос. Не «почему они не заболели», а «какие активные механизмы охраняют их мозг». Среди кандидатов — структура и связность мозга, устойчивость к воспалению, состояние сердца и сосудов, сон, физическая активность, социальные связи. Одного универсального объяснения никто не ждёт. Дальше исследователи планируют совмещать когнитивные тесты с нейровизуализацией, биомаркерами крови, генетикой, нейропатологией, иммунным профилированием и отслеживанием сна и активности. @vselennayaplus

Плохая новость — 149 лет — наш предел срока жизни. Хотя некоторые системы можно дотянуть и до 500 лет при уже современной науке. С другой стороны, это охренительно хорошая новость. Если учесть, что сейчас медиана 79 лет.

здравствуйте. утверждается, что медикаментозные методы продления жизни человека в каком-то смысле безнадежны: соматические мутации в неделящихся клетках (нейроны, кардиомиотические и т. д.) ограничивают срок жизни 146-194 годами — прислала ссылку @omn1pr3sent

Работа в Природе вот. Есть процесс про чистую потерю информации — соматические мутации. Это воплощённая энтропия в биосистемах. Вы лично когда-то начали делиться с одной клетки. В ней скомпилировался набор инструкций по построению организма. Каждая новая клетка — это копия предыдущей, следующая — копия копии и так далее миллионы раз. При копировании возникают ошибки, при эксплуатации — случайные изменения, при записи тоже ошибки — короче, каждая копия статистически функционально хуже. В каждой клетке свои опечатки, поэтому их очень сложно исправить массово. Поначалу это не очень сказывается на ситуации, например, клетки вашей кожи довольно устойчивы, делятся и делятся спокойно, совсем битые собирают сборщики мусора. Но с каждым циклом теряется всё больше смысла, пока код не превратится в бесполезное месиво. Иногда для этого достаточно потерять один предлог вроде "не". Теперь сама работа: — Если бы тело вообще не изнашивалось, то в современном мире средний срок жизни был бы 1759 лет — это до ближайшего ДТП или чего-то такого. Максимум до 29221 года. — Если добавить соматически мутации с обычной скоростью, то рано или поздно ошибка попадает в критически важный ген, и клетка помрёт. Мозг и сердце — бутылочные горлышки долголетия. Их клетки не обновляются, и ошибки со временем просто убивают орган. — Из-за гибели нейронов медианная продолжительность жизни упала до 194 лет (максимум — 557 лет). — Усложнили модель, добавив возможность клеток делиться и наличие стволовых клеток. Ещё они учли предел Хейфлика — жесткий лимит на количество делений, заложенный в клетках. Печень выжила 100 тысяч лет симуляции (регенерирует и есть стволовые клетки). Легкие (базальные клетки дыхательных путей) продержались скромнее, но все равно выдали медиану в 4359 лет. Сегодня медианная продолжительность жизни — около 79 лет, максимум — 122 года. Модель дает показатели — медиана от 146 до 194 лет (и скорее нижняя граница), абсолютный максимум от 210 до 557 лет. Слабые места моделирования: 1. Модель учитывает только те мутации, которые убивают клетку мгновенно. В реальности мутации часто не убивают клетку, а делают её злобной (она выделяет факторы воспаления) или превращают в раковую. Если добавить в модель рак, сроки жизни сильно сократятся. 2. Предполагается, что органы стареют независимо. В реальности отказ одного органа тянет за собой другие, что тоже ускорило бы смерть. 3. Модель строится из допущения, что мы не найдём способ обновлять нейроны или клетки сердца или адресно корректировать ошибки на клеточном уровне. Но, короче, печень, конечно, писалась с большим запасом!

Ещё посты канала: — Секрет долгожительства во многих случаях — систематическая подделка документов! — Сдерживаете эмоции — умрёте раньше. — Что там с бессмертием

-- Вступайте в ряды Фурье! | Самые живучие посты Секрет долголетия прост. Но секрет есть секрет!

Рак, который передаётся как инфекция Мы привыкли, что рак — болезнь сугубо личная: он рождается из собственных сломавшихся клеток и с их хозяином же и уходит. Но природа знает исключения. У сомов нашли заразную опухоль — и это всего лишь четвёртый известный науке случай рака, который расползается от одного животного к другому. В этот раз не повезло бурым сомикам (Ameiurus nebulosus) из озера Мемфремагог на границе США и Канады. Чёрные, будто чернильные, наросты на коже рыб рыбаки и биологи заметили ещё в 2012 году. Со временем оказалось, что поражена примерно треть местных сомиков. Это меланома — иногда «опухоль на опухоли», способная добраться до мозга и печени. Подозревали загрязнение воды и вирус, но вируса не нашли. Тогда команда под руководством Джули Драгон из Университета Вермонта прочитала геномы отдельных рыб в поиске общих раковых мутаций. А нашли кое-что поразительнее. Опухолевые клетки у разных рыб делили между собой сотни тысяч одинаковых генетических вариантов и складывались в единую линию — генетически отличную от здоровых клеток той же рыбы. Это и есть подпись заразного рака: по озеру, по сути, кочует один и тот же опухолевый «клон», переходя от рыбы к рыбе. Как именно он передаётся — пока загадка. @vselennayaplus

Пока все на этой планете развивали иммунитет, удильщики его скручивали, чтобы не мешал. Проблема такая: они время от времени дружат организмами. В смысле, геометрически маленький самец присасывается к самке и плавает как придаток. Жрёт он из её кровотока, всё снабжение тоже оттуда. Вот Лиза сегодня про это написала в соседнем зверском канале. А когда два организма объединяются, иммунитет начинает охреневать, где вы, а где не вы. И может отторгнуть второй организм. Иногда это случается при беременности, но куда чаще — при трансплантации органов. У удильщиков происходит трансплантация всего самца. Но прежде чем пойти к удильщикам, пойдём к треске. Её ДНК прочитали раньше и знатно так охренели. Внезапно НЕ НАШЛИ главный комплекс гистосовместимости и Т-хелперы (CD4). Если что, ГКГС — это то, чем подписывается почти каждая клетка, чтобы иммунитет знал, что именно ваше. А Т-хелперы — это аналитики иммунитета, они доводят ориентировки на гадов до всех отделов. С них начинается выработка антител. По логике, треска должна страдать от тяжелейшего иммунодефицита и умирать от первой же инфекции. Но нет! Она плавает и спокойно пукает. Что треска сделала: — Вместо двух копий генов MHC I врождённого иммунитета — сотни. — Потеряла рецепторы, которые реагируют на поверхность бактерий, но добавила рецепторов с реакцией на чужеродные нуклеиновые кислоты (ДНК и РНК бактерий и вирусов). Плюс больше IL-8 для коррекции этого дела. Рыбка потеряла обычную систему защиты от бактерий, но сильно повысила детекцию всего выходящего за техпроцесс в клетке. Типа как вложилась на 300% в профилактику, но полностью убрала звено лечения. Это вообще другой способ построить иммунную систему, не так, как у всех остальных на планете. Тут больше про изучение рецепторов. Потенциально очень суперполезное, но мы до прикладного использования дойдём не скоро. Тут взяли 66 видов костистых рыб и начали искать, какого хрена, собственно, треска такое творит. Оказалось, весь отряд (616 современных видов) живёт так. Иммунитет продолбал общий предок примерно 105–85 миллионов лет назад. Причём, возможно, в целях экономии питания. Потом они миллионы лет жили без защиты. И только потом начали экспериментировать с генами MHC I. Видимо, надо было как-то выживать. Типа, один админ уволился, компания 5 лет не думала про безопасность, потом спохватились. И переходим к удильщикам! Самцы некоторых видов крошечные (до 1 сантиметра), а самки — гиганты. Дальше он делает кусь за жопу, трансплантация и образуется химера — единый организм с чужеродными кусками. Сиамские близнецы, только не совсем. Сначала думали, что они либо клоны, либо выбирают идеальную по совместимости пару, либо что-то делают с иммунитетом. Достали музейные экспонаты и стали их секвенировать. Чем плотнее самцы прирастают к самкам, тем сильнее разрушена их иммунная система. Когда самец прикрепляется на пару дней, он просто давит общий иммунитет на некоторое время. Когда прикрепление с ПМЖ, сразу нахер идут все Т-киллеры. Когда прикрепление массовое (1 самка и до 8 самцов) — вообще никакого адаптивного иммунитета. Тут поймали много кого уже вживую. Разные ветви удильщиков независимо друг от друга ломали и отключали иммунитет. Сработало! Они заселили весь глубокий океан. И напоследок беременность. С точки зрения иммунитета она вообще не должна существовать. Эмбрион наполовину состоит из чужеродных белков. Млеки обходят так: зародыш изолирован в гипервизоре, и в плаценте и матке отключаются механизмы иммунного распознавания. Но переходных организмов не видели. А тут на рыбе нашли — это морские коньки и рыбы-иглы. Такая же компенсация лютейшей профилактикой. Так что в списке инопланетян у нас теперь осьминог, стеклянные губки и треска. -- Вступайте в ряды Фурье! | Лучшие посты — Сири, почему у меня не клеится с женщинами? — Я Алиса.