Возможность выбора: «буты» на ZX Spectrum Чтобы запустить игру с дискеты на ZX Spectrum, мало было вставить её в дисковод. Сначала — RANDOMIZE USR 15616, потом точное, регистрозависимое имя файла. Для юных владельцев компьютера, которые только осваивали клавиатуру и искали каждую букву одним пальцем, даже старт игры был отдельным испытанием. «Буты» свели всё к выбору программы из списка — и стали чем-то большим, чем служебная оболочка. Написание собственных вариантов превратилось в традицию, число бутов пошло на сотни, а вокруг них возникла своя гонка: сделать удобнее, красивее или просто меньше. Разброс получился характерный. С одной стороны — односекторный бут на 256 байт. С другой — ZYX на 50-70 секторов с графикой и музыкой и целая ветвь декоративных оболочек с демосценовыми эффектами. А рядом существовали уже полноценные коммандеры. У привычного сегодня выбора программы из меню на ZX Spectrum выросла куда более богатая история, чем можно предположить по такой простой задаче.

Как Спектрум, взятый на выходные, превратился в месяц ночной пайки В 1985-м во Львове лаборант попросил у знакомого иностранного студента Спектрум «на выходные». Машина доехала до института, где микросхему ULA просветили осциллографом, снимая осциллограммы, как партитуру, и дальше был месяц пайки до одиннадцати вечера. Схемы при этом не рисовали вообще, всю логику соединений держали в голове. Потом клоны пошли расходиться кто во что горазд. «Ленинград-1» повторяли в кухонных условиях от Калинина до Улан-Удэ, и за эту всесоюзную популярность создатель не получил ни копейки, поэтому на платах следующей его машины надписи с микросхем уже стёрты. Дубна 48К работала на половинной тактовой частоте, игры на ней шли вдвое медленнее, а стоила она как цветной телевизор. «Пентагон» стал эталоном демосцены за счёт 71 680 тактов вместо обычных 69 888. Вспомним, на чём ещё учились программировать советские гики.

Как советский компьютер «Сетунь» опередил время на 30 лет — и почему о нём забыли «Сетунь» стоила 27 500 рублей вместе с телетайпом, барабаном и фотовводом. Один процессорный блок PDP-8, которую в Штатах считали рекордно дешёвой машиной, стоил 20 тысяч долларов. Без всего остального. При этом «Сетунь» была ещё и троичной, единственной серийной троичной машиной в истории. Разработка шла без копейки дополнительного финансирования, на списанном оборудовании и зарплатах ВЦ МГУ. Испытания прошли хорошо, вышло постановление Совмина о серийном производстве, медаль ВДНХ. А потом выпуск застопорился. Казанский завод делал по 10-12 машин в год, хотя постановление никто не отменял. К 1965 году производство закрыли. Выясним, почему рекордная дешевизна сыграла против машины.

Самый уникальный x86 процессор из 90-х — Cyrix MediaGX. Как инженерам Cyrix удалось уместить целый компьютер в два чипа? В 1997 году обычному ПК нужны были процессор плюс два-три чипа обвязки, северный и южный мосты, отдельная видеокарта, отдельный звук. А Cyrix выпустила MediaGX, которому хватало двух чипов на всё. Контроллер памяти, VGA-видеоядро, PCI-контроллер уехали прямо внутрь процессора, а чип-компаньон добрал звук с эмуляцией SoundBlaster, ISA, IDE, два USB и аппаратное декодирование DVD в придачу. И собрано это было на техпроцессе 350нм, за годы до того, как контроллер памяти в процессор начали встраивать Intel и AMD. Ядро тянуло на уровне Pentium MMX, а чип стоил в закупке 60-100 долларов, роняя цену готовой машины ниже полутора тысяч. История платформы на этом не кончается, позже её выкупает AMD, и автор считает MediaGX ранним прообразом идеи, которую индустрия назовёт своим термином только через 14 лет.

Прибытие IBM PC. Часть вторая. Цунами Для энтузиастов начала 80-х IBM была воплощением неповоротливой корпорации, неспособной понять, что происходит. А кумиром считалась Digital, та самая, что вдохновляла создателей первых микрокомпьютеров. Когда IBM выкатила свой PC, у Digital, казалось, было преимущество игры на своём поле. Вместо одного ответа IBM компания запустила сразу три персональных компьютера, и все три начали грызться между собой. Проекты воевали за программистов и партнёров, одна команда, по слухам, отговаривала создателей культовой электронной таблицы делать ставку на компьютер соседнего отдела. Глава компании, годами презиравший саму идею персоналки, оказался королём всех этих проектов одновременно, а разработку нужного пользователям софта пустили на самотёк с расчётом, что за хорошим железом он придёт сам. Обсудим, во что обошлись Digital эти три ставки и как та же волна IBM позже накрыла даже саму себя.

😘 Код Дурова* Изначальный код ВКонтакте целиком и «в одиночку» был написан Павлом Дуровым* — об этом он напомнил после появления информации о том, что всё на самом деле создал его брат Николай:

«Сам Николай рассказывал, что присоединился к ВК как программист только через полтора года после запуска — тогда у проекта уже были миллионы пользователей».

💘 Николай Дуров действительно в 2015 году рассказывал, что на начальном этапе развития проекта «помогал общими советами». 💘 Он квалифицировал себя тогда «кем-то вроде первого системного администратора компании». 💘 По словам Николая, он подключился к разработке только через 1,5 года, когда потребовались специализированные системы хранения данных. Напомним, ранее стало известно, что приложение Telegram Desktop из-за бага с проверкой орфографии удалило у пользователя 800 ГБ файлов на ПК: ↖️ https://kod.ru/telegram-desktop-iz-za-baga-udalil-800-gb-failov * внесён в перечень террористов и экстремистов Росфинмониторинга

Назад в машинный зал: как собрать эмулятор PDP-11/70 с телетайпом, блэкджеком и без Rust Программист «за пятьдесят» решил вернуть свой 1984-й и написал браузерный эмулятор PDP-11 — с дрожащим блоком питания, стрекочущим телетайпом и передней панелью, где тумблерами вручную нащёлкивается загрузчик. За время игр с настоящими операционками той эпохи всплыла деталь, от которой привычные вещи выглядят иначе. Оказывается, концепция пайпа родилась буквально из перфоленты. Керниган и Пайк сначала просто пробивали выдачу одной программы на ленте и заправляли её на вход другой. Только потом это переехало в программный буфер. Тот самый вертикальный слэш, который мы ставим в консоли каждый день, начинался как физическая операция с бумажной лентой в восемь дорожек. Посмотрим, что ещё вскрывается, когда трогаешь Unix V5 руками.

Самый лояльный сотрудник Эппла Когда заходит речь про лояльность к компании, первым делом вспоминаешь основателей — кому, как не им, любить своё. Только старожилами они как раз почти никогда и не становятся: одни продают своё детище и идут делать следующее, другие упираются в потолок и уходят сами, а кого-то и вовсе выставляют за дверь — как Джобса, которого выпихнули из его же компании, чтобы через двенадцать лет позвать обратно спасать положение. А настоящий рекордсмен по стажу в Apple — человек, о котором вы, скорее всего, никогда не слышали — Крис Эспиноза, сотрудник №8. Пришёл в 76-м подрабатывать после школы, прямо в гараже у родителей Джобса, — ему было четырнадцать. И до сих пор там. Пятьдесят лет, и всё в одной компании. За это время Apple выпустила Macintosh, айфон, айпад, сменила кучу боссов и доросла до пяти триллионов долларов, а он всё работает — сейчас в команде, которая отвечает за телевизор (да-да, это у них в планах). И вот это, по-моему, легендарная лояльность. Просто человек полвека ходил на работу, пока компания вокруг него раза три сменила целую эпоху. Вы ему про выгорание расскажите — он посмеётся. Вполне возможно, он вообще рекордсмен — дольше него в одной технологической компании, кажется, не проработал никто. И меня разбирает любопытство: а опционы-то у него были? Если человек, будучи восьмым в компании, держал хоть немного акций все эти годы, то сейчас этот тихий инженер без диплома может оказаться богаче половины Кремниевой долины. А какой ваш личный рекорд лояльности — сколько вы продержались на одном месте? Константин Сухачев

ЭВМ в народном хозяйстве: поколения, тяжёлая промышленность и энергетика К началу 80-х у «Татнефти» работала иерархическая трёхуровневая система, где датчики на скважинах связывались с кустовыми вычислительными центрами, а те сходились на сердце всего хозяйства в Альметьевске. Локальная сеть тянулась не по одному зданию, а между десятками объектов на сотни километров. По тем временам считайте интернет, только за 15 лет до отраслевой модели уровней, которую промышленность опишет позже. Проблема была в последней миле. До каждой скважины в тайге и болотах кабель не дотягивался, релейки помогали не везде. И тогда данные с удалённых объектов носили в прямом смысле на собственных ногах, в стальном ящике с застёжками и ручкой, прародителе флешки. Посмотрим, как из таких чемоданчиков и американской ЭВМ собралась работающая сеть задолго до термина «корпоративная».

Мировоззрение людей, которые воплотили переход человечества на новый техноуклад (оргструктура, культура взаимодействия, тактика и стратегия) BBN/RAND/ARPA/IPTO/SRI/PARC 1-10/100 1. J.C.R. Licklider 2. Ivan Sutherland 3. Bob Taylor 4. Larry Roberts 5. Frank Heart 6. John McCarthy 7. Leo Beranek 8. Steve Crocker 9. Wesley Clark 10. Gary Starkweather следующий переход вот-вот случится и совсем не в той области, в которой большинство ожидает, а в той, что уже существует в нескольких точках "возгорания", но все еще ниже радаров а вообще контент совсем на грани моих способностей, я примерно 1 час лекций мог осилить за 2-3, через усилие как на мат олимпиаде и как побочка теперь выступления фаундеров и партнеров из YC кажутся щенячьим писком PS Вывод после первых 10 часов погружения: c 1969 в ИТ не случилось ни одной существенной инновации (0→1)