Половину детства я играл по 60 часов в неделю. Не горжусь этим фактом. Был даже свой компьютерный клуб. Этим горжусь :) Так что геймерские биографии фаундеров читаю с особым интересом. Уже около года слежу за каналом Димы Беседы, серийного фаундера. На днях у него вышло интервью Gaming-net, и у себя он подробно рассказал, как вырос из игр в бизнес и экзит в Xsolla. Сейчас мог бы жить на дивиденды, но делает пятый стартап и первый вне игр - Spiry, AI-платформу для инфлюенс-маркетинга. Вложил в первую версию $1.3 млн своих денег, честно признал, что до венчурного масштаба она не дотягивает, и пивотнулся из B2C в B2B. Мне нравится, что он продолжает фаундерскую историю: рискует и не почивает на лаврах. Ещё мы пересекаемся вокруг creator economy. Я делаю продукты вокруг text-first соцсетей, Дима - вокруг video-first. Интересно смотреть, как устроен этот мир побольше. И он строит в открытую: пишет, что сейчас с продуктом и деньгами, кого нанимают, где ошиблись. Как рейзит в стартап. ТГ: @dimabeseda

CASH-МАШИНА: 47 СОТРУДНИКОВ И $700 МЛН ДИВИДЕНДОВ Сижу удивляюсь. В OnlyFans работает всего 47 сотрудников. За последний год компания заработала $1,6 млрд выручки, а её владелец Леонид Радвинский вывел $709 млн дивидендов (почти половина годовой выручки). За год креаторы (их на платформе 5 млн) получили от своих фанатов (их 437 млн) более $6 млрд после удержания 20% комиссии площадки. Несколько месяцев назад Радвинский умер, и контроль над компанией перешёл к семейному трасту во главе с его вдовой. Не многие знают, что Радвинский (родившийся в Одессе американский предприниматель) не был основателем OnlyFans. В 2018 году он купил 75% компании примерно за $30 млн у британского предпринимателя Тима Стокли, который запустил её двумя годами ранее вместе со своим отцом Гаем. Но именно при Радвинском, который уже был владельцем adult-сервисов, OnlyFans сфокусировался именно на adult-контенте, который и стал главным драйвером взрывного роста. В этом году фонд Architect Capital купил 16% OnlyFans за $535 млн, оценив всю компанию в $3,15 млрд. Такая вот creator economy: чем меньше одежды, тем выше маржинальность!