Заметил я, что фраза lorem ipsum обрезалась на labore ut dolore - и вспомнил мысль, которая меня посетила, когда я читал эпиталаму Чадаева "ратному труду". На Руси еще в позднесоветское время так повелось, что "культурологи" народились от философов, и как младшие философы, не утруждали себя фактами, а в лучшем случае начетничали (то есть пересказывали чужой пиздеж без ссылок), в худшем же упирали покрепче перст в чело (то есть в палец в лоб) и начинали нести от ветра головы своея (то есть поток сознания). Таким методом и разивали "культурологию". Но и простое начетничество может, однако, пригодится. Так вот, в русском языке есть очень серьезное различие между "труд" и "работа". Крестьяне никогда не говорили "я трудился", "полевой труд"... только "работал", "работа". А "труд" в народной речи и культуре - корень от "усталость". В современном это живо вполне - "трудно", "утрудился". "Труд" - это то, чем Бог Адама проклял. И это различие уходит корнями в праиндоевропейские языки - латинское labor исходно "прилагать усилие", и по первому значению классической эпохи - "рожать". Или берем "Поучение" Владимира Мономаха - "и вот как я трудился, охотясь" (следует перечень достижений, инцидентов и травм). А откуда, спрашивается, образованные горожане XIX века позаимствовали культ труда? "Я от ржаного колоса не отличу ячменного, а мне поют "трудись!" (Некрасов). А это у нас из Европы, от католиков. В классической римской культуре противопоставлялись не труд и безделье, а otium (личные дела, от управления имением до чтения книг) и negoitum - общественные дела (которые уже Марциал в конец I века высмеивал, но бесполезная суета на форуме общественно одобрялась). А далее у нас уже в IV веке появляется Аврелий Августин Гиппонский, который в "Исповеди" и вводит понятие "труда" - именно как "напряг": "умножены были труд и печаль для сыновей Адама". Но напрягаться, по Августину, душеполезно! "Да, Господи, я работаю над этим и работаю над самим собой: я стал сам для себя землей, требующей тяжкого труда и обильного пота. " И вот отсюда и понеслось... Дальше "Этимологии" Исидора Севильского, дальше "Сумма" Фомы Аквинского - словом, "здесь мерилом работы считают усталость". Ну а дальше пришла светская культура, которая откинула обоснование (Бога), но переняла ценности (не сидеть сложа руки). Итак, а что же с выражением "ратный труд"? А оно впервые в русском языке появляется в тексте "Устав ратных, пушечных и других дел, касающихся до воинской науки" Анисима Радишевского, перевод с немецкого "Kriegsbuch" Леонгарда Фронспергера, опубликовал Василий Рубан в 1790 году. И там оно означает вид наказания за проступки. То, что сейчас называется "внеочередной наряд на службу". А в литературной речи едва ли не самое первое вхождение - это "Война! война!" нашевсе 1821 год: " Ужель ни бранный шум, // Ни ратные труды, ни ропот гордой славы, // Ничто не заглушит моих привычных дум?" Но и у Пушкина, как видим, это еще больше "нагрузка", чем "подвиг". И только на излете "Серебряного века" с его декадентскими изломами, в 1914 году это выражение "ратный труд" начинают употреблять с привычным нам пафосом - и сразу массово. Царская пропаганда зря хлеб не ела. Оттуда оно и пришло в советский язык - над чем больше всех поработали в 1960-х Твардовский, Слуцкий и другие ИФЛИсты. Но, увы, такой уровень начетничества нашим "культурологам" не по силам. Интеллектуальной каши мало ели (и не той, что следует). 😝