Cloudflare опубликовал квартальный обзор сбоев интернета за июль–сентябрь 2026 года. Отчет построен на данных Cloudflare Radar, а через сеть компании идет больше 20% мирового веб-трафика. Так что картина получается вполне репрезентативная. За три месяца Radar зафиксировал 49 сбоев. 19 из них – отключения по решению властей, и 18 из этих 19 устроил Ирак. Повод традиционный: школьные экзамены. Ирак глушит интернет на время экзаменов уже одиннадцатый год подряд и делает это по расписанию, как электричка. Начало в 03:30–04:00 UTC, длительность от 15 минут до полутора часов. В этом квартале было три волны: начало июля, конец августа – начало сентября и специальный раунд с 26 сентября, растянувшийся до 10 октября. Девятнадцатое правительственное отключение – региональное ограничение в Тигре, в Эфиопии, после начала боев. При этом Сирия и Судан, которые раньше тоже отключали интернет на экзамены, в этом году так делать не стали. Что-то меняется. Медленно. Вторая по частоте причина – электричество: 14 сбоев в 10 странах. Впереди, как обычно, Куба. Национальная энергосистема падала 6 июля, 14 июля, 3 августа, а с 18 по 20 сентября остров три дня сидел без света. У Кубы один провайдер, ETECSA, и никакого резерва. Нет электричества – нет интернета во всей стране. Сразу. Без всякой постепенной деградации. Теперь про РФ. 19 сентября, в дни выборов, связь пропала на Сахалине, в Магаданской области, на Камчатке и Чукотке. Ростелеком сообщил о двух повреждениях магистралей. На Сахалине спилили опору и оборвали линию Холмск – Томари. В Хабаровском крае кабель на участке Селихино – Ягодный перерезали в нескольких местах. Два обрыва с разницей в два часа, в день голосования. В аннотации Radar это значится как обрыв кабеля во время выборов. Кто и зачем пилил опоры – отдельный интересный вопрос. А технический урок простой: Дальний Восток висит на очень небольшом числе магистралей, и любой серьезный обрыв там превращается в региональный блэкаут. Иран в третьем квартале страну целиком не отключал. После 87-дневного блэкаута, который закончился 26 мая, единственный иранский эпизод – локальный сбой в сети Fanap Telecom 27–28 сентября. Из остального: кибератака на португальского оператора MEO, сбой в зоне Google Cloud us-central1-b, обрыв оптики в Гайане, технические проблемы у O2 в Чехии и J:COM в Японии, тайфун на Гуаме и землетрясение магнитудой 7,1 в Японии. Самое любопытное в отчете – арифметика. В третьем квартале прошлого года сбоев было 71, сейчас 49. Выглядит как улучшение. Но если убрать отключения по решению властей, оба квартала дают ровно по 30 событий. То есть интернет надежнее не стал. Просто экзаменационный сезон оказался короче. Вывод повторяется из квартала в квартал. Физическую инфраструктуру ломают погода, электричество и экскаваторы, и с этим можно бороться резервированием. А государство выключает интернет по графику, и от этого никакое резервирование не спасает.

Финтех с офшорной концепцией и основной функцией "транзакции между РФ и остальным миром" лег на 2 недели из-за атак на Яндекс. Что сделали не так: - С такой концепцией сервис размещен в государственных по сути дата-центрах РФ. - В начале атак на ВБ не спрогнозировал, какие ещё компании могут подвергнуться атакам, и не построил резервный контур. Да, это не быстро, но тут см. п. 1. - Недостаточно прозрачно держали пользователей в курсе событий. Например, при продлении сроков работ не дали никакой анонс. При массовой проблеме "деньги клиентов застряли на холде на 2 недели ещё до Яндекса" и "Сроки верификации вместо 7 дней затянулись на месяцы" - не дали общий пост по этим проблемам, чтоб снизить тревожность пользователей. Ну и огребли в десятки раз больше работы для поддержки. - Поддержка легла при 160 активных клиентах. - Выстроена система работы, которая не позволит масштабироваться и при этом будет ложиться намертво при каждом крупном сбое: Много ручных модераций платежей, сложные ручные верификации пользователей. При техническом сбое это всё начинает глюковать всеми красками как новогодняя гирлянда и персонал не тянет. - Заложенная система работы подрывает репутацию финтеха. Например для верификации клиент должен привести в финтех 3 входящих транзакции денег, причем в норме - от своих клиентов. Соответственно когда верификация затягивается - клиент в истерике (и зачастую его клиенты тоже), а финтех официально удерживает его деньги и не отдает их. При этом позиция финтеха "Наши правила защищают вас же от блокировок сервиса банками и международными контрагентами", но за лето уже дважды были проблемы с контрагентами. Понятно, что такой финтех делать в такое время - сюрпризы сами себя приглашают. Но строить соломку там, где ее необходимость очевидна, и не прятать под ней грабли - всё же стоит.

Ладно. Поставил себя на место "эффективных менеджеров гости" — сидел, думал, как всё же сделать ДЦ менее уязвимыми для атаки дронов. Вот что придумал: Раз перенести дата-центры под землю, в Сибирь или за границу не получится, то есть еще вариант: раздробить их. Идея Вместо нескольких гигантских ЦОДов строится сеть из множества небольших узлов, объединённых в одну систему. Потеря любого узла некритична: нагрузка автоматически переезжает на соседние. Так устроены облака с зонами доступности, только узлов больше и они дальше друг от друга. Устойчивость здесь не в прочности здания, а в избыточности и скорости переключения. Примерно так же, кстати, сделан VPN Generator, но продолжим... Из чего состоит узел Модуль заводской сборки: машинный зал на несколько десятков стоек, ИБП, охлаждение, пожаротушение, удалённый мониторинг. Мощность от сотен киловатт до мегаватта. Генератор с топливом обычно стоит рядом отдельным блоком. Модули бывают двух типов. Контейнер ставят под открытым небом. Модульный зал собирают внутри существующего здания: склада, цеха, корпуса. Сейчас второй вариант лучше: стены и крыша дают защиту, которой у контейнера нет. Принципы Рассредоточение: узлы разнесены на десятки и сотни километров. Избыточность: мощности с запасом на потерю нескольких узлов. Стандартизация: одинаковые модули и одинаковое железо, проще закупать и менять. Близость к энергии: у электростанций, подстанций, заводов с собственной генерацией. Безлюдная эксплуатация: управление удалённо, инженеры выезжают по вызову. Как это сделать сейчас Площадки. Промзоны, территории заводов и станций, пустующие склады и цеха. Модуль в существующем здании быстрее согласовать и проще защитить. Энергия. Прямое подключение к генерации или свои газопоршневые установки. Газ есть почти везде, где есть промышленность, и это снимает зависимость от подстанций. Оборудование. Модули, ИБП и охлаждение делают российские и китайские производители, серверы идут из Китая через параллельный импорт контрабанду. Чем меньше моделей, тем проще держать складской запас. Связь. Узлы региона замыкаются в оптическое кольцо, к каждому минимум два независимых канала от разных операторов. Софт. Без него ничего не работает: оркестрация, распределённое хранение с репликацией, балансировка и автоматическое переключение. Облака это уже умеют, корпоративные системы придётся переписывать. Организация. Региональные кластеры, склад запасных модулей, выездные бригады, единый мониторинг и план замены узла за недели. Как это выглядит на практике Регион обслуживают несколько узлов по мегаватту в 50–150 км друг от друга, связанные кольцом. Данные лежат минимум на двух узлах, потеря любого не роняет сервис. Большие московские ЦОДы остаются для того, что нельзя раздробить, а малые узлы берут на себя резерв, кэш контента и распределённые сервисы. Звучит реалистичнее, чем "строить ЦОДы в Сибири"