Простите, что врываемся в ваш сон, но сегодня будет вечерняя научная сказка про шипение начала мира. Жили-были два обычных инженера Арно и Роберт. У них была 6-метровая круглая антенна в форме рупора, на которую постоянно гадили голуби. И нашим героям, как золушкам, приходилось постоянно эту антенну очищать от налипшего. А голуби, кстати, около радиоастрономического объекта Bell попадались очень страшные и с очень злым пищеварением. Кстати, в работе субстанцию называют «белое диэлектрическое вещество». Каждая лишняя клякса снижала дальность и скорость. Когда они получали ЧЕТЫРЕ РАЗРЫВА, то шли чистить. После каждой чистки надо было измерять разность яркости между участками неба. В один из дней они измерили не по инструкции — абсолютную температуру шума системы. И оказалось, что на частоте 4080 МГц антенна, направленная в зенит, давала примерно на 3,5 K больше, чем полагалось по всем известным источникам шума. Год они не могли понять, что такое происходит, но наблюдали. Лишний шум не зависел от направления, не был поляризован и не менялся с июля 1964 по апрель 1965 года. Они использовали мазер на бегущей волне, лучший в галактике на тот момент. Эталон они охлаждали жидким гелием. Всё было правильно. Но откуда-то шёл лишний шум. Сначала они думали, что это попался какой-то особо вкурвлённый голубь с особо токсичным пищеварением. Очистили антенну до блеска. Но шум остался. Потом они решили переселить голубей. Особенно много нервов им попортила молодая пара, которая решила, что антенна — это самое милое место в мире для гнезда. Они поймали их, посадили в коробку и отвезли за 50 километров к знакомому голубятнику. Но голуби оказались вполне себе почтовыми и влюбленными в тёплую ласковую антенну. Через пару дней они прилетели вить гнездо в свой уют. Потом думали, что её погнуло, и проверили геометрию. Не погнуло. Потом вычистили каждый стык и выровняли его. Смазали всё движущееся, примотали изолентой (правда, не синей, а алюминиевой) всё неподвижное. Шум остался. Исключили атмосферу, землю (поэтому и ждали целый год) и приёмник. Шум остался. Осталось небо. Сами инженеры не понимали, что случайно услышали эхо Большого взрыва. Но рядом в университете сидела группа физиков-теоретиков, и они как раз посчитали, что если бы Вселенная родилась от Большого взрыва, то в космосе до сих пор бы летал древний остывший свет в виде радиошума. И даже посчитали, какой, и даже начали строить антенну. Но они не умели чистить её от помёта, поэтому позвонили опытным специалистам. И опубликовали в научном журнале две статьи подряд: 1. Инженеры: «Мы поймали странный шум и не знаем, что это» 2. Теоретики: «А мы знаем!» Работа не сказать, что была прям идеально строгая, и докопаться было до чего. Всё это точно проверили и доказали только через 25 лет со спутника. Нобелевскую премию дали инженерам, а теоретикам не дали (правда, один из них получил Нобелевку за другое). Кстати, возможно, вы видели этот шум. Помните, какого цвета телевизор, настроенный на пустой канал? Так вот, примерно 1% шума на экране — это преобразованный древний свет первых мгновений Вселенной, который летел сквозь космос миллиарды лет, чтобы разбиться о вашу антенну. -- Вступайте в ряды Фурье! | Лучшие посты — Пап, а как умирают звезды? — Обычно от передозировки, сынок.

Как человечество впервые испытало планетарную защиту на астероиде До удара остаётся две с половиной минуты. Земля в 11 миллионах километров позади, радиосигнал идёт 38 секунд, двигатели уже заглушены. Полутонный DART несётся к Диморфосу со скоростью больше 6 км/с, а поправить его траекторию с Земли уже невозможно. Это первое практическое испытание идеи, которая десятилетиями существовала в расчётах: не уничтожать опасный астероид, а слегка сдвинуть его орбиту кинетическим ударом. Для проверки выбрали двойную систему Дидим — Диморфос, где даже крошечное изменение движения спутника можно было заметить с Земли. Оставалось попасть — а потом понять, что именно полутонный таран сделал с рыхлой космической глыбой.

🔭300 мегапикселей в космосе: «Роман» включил главную камеру Телескоп NASA имени Нэнси Грейс Роман ещё только летит к своей рабочей точке, а инженеры уже проверяют его в деле. И новость хорошая: главная камера Wide Field Instrument заработала в космосе. Камера, мягко говоря, серьёзная. 300 мегапикселей в инфракрасном диапазоне. Её фишка в сочетании широченного обзора и резкости уровня «Хаббла». В один кадр помещается кусок неба крупнее полной Луны, и при этом детали не теряются. Внутри стоят 18 инфракрасных детекторов, которые вместе по площади примерно как экран ноутбука. Перед их включением камеру остудили до −143 °C, а потом детекторы дошли до рабочих −183 °C. Заодно впервые в невесомости покрутили колесо с фильтрами и призмами, а следом проверили фокусировку. Всё работает как надо. Второй прибор на борту, коронограф, тоже прошёл первые проверки. Его задача — «выключить» ослепительный свет звезды, чтобы разглядеть рядом слабое отражённое свечение планет. «Роман» будет охотиться за экзопланетами, изучать тёмную энергию и составлять карту того, как вещество распределено во Вселенной. Первые научные снимки обещают к началу 2027 года. @droidergram