Как построить MusicTech-экосистему: опыт Muse Group

Как построить MusicTech-экосистему с аудиторией более 400 млн MAU Я поговорил с Евгением Найдёновым, основателем Muse Group, которая объединяет Ultimate Guitar, MuseScore, Audacity и другие музыкальные продукты. Общая аудитория экосистемы превышает 400 млн пользователей в месяц. В интервью мы разобрали, как из отдельных приложений построить глобальную MusicTech-компанию, зачем покупать open-source-продукты, почему молодая аудитория может изменить целую индустрию и где должна проходить граница между музыкантом и искусственным интеллектом. Вот пять главных мыслей из разговора. 1. Экосистема начинается не с объединения логотипов Muse Group исторически развивала несколько самостоятельных продуктов. Теперь компания хочет связать их в единую экосистему, а в перспективе создать открытую платформу для сторонних разработчиков. Но экосистема появляется не тогда, когда продукты получили общий аккаунт и красивую презентацию. Она появляется, когда пользователь может переходить между инструментами и решать всю свою задачу без лишних действий. Например, исследования показали, что многим музыкантам не хочется устанавливать тяжёлый профессиональный софт. Им нужен инструмент, который можно открыть в браузере и сразу начать использовать. Поэтому Muse Group начала развивать веб-версии своих продуктов. 2. MuseScore изменил рынок через новое поколение пользователей Когда Muse Group приобрела бесплатный open-source редактор MuseScore, профессионалы не воспринимали его как серьёзного конкурента Finale и Sibelius. Но компания не стала сразу пытаться переубедить профессиональный рынок. Вместо этого MuseScore начал расти среди молодых музыкантов. В какой-то момент продукт знали девять из десяти пользователей в этой аудитории. А дальше произошло самое интересное: эти пользователи выросли и стали преподавателями, аранжировщиками, композиторами и сотрудниками музыкальных издательств. Они просто принесли привычный продукт с собой в профессиональную индустрию. MuseScore стал одним из лидеров рынка, а Finale, существовавший почти 40 лет, в итоге прекратил развитие. Иногда рынок захватывают не через борьбу за текущего клиента, а через выращивание будущего. 3. ИИ должен усиливать музыканта, а не отменять его Один из главных технологических проектов Muse Group связан с распознаванием нот. Компания создала OMR-технологию, которая превращает фотографию или PDF с партитурой в редактируемые цифровые ноты. Индустрия пыталась качественно решить эту задачу десятилетиями. При этом позиция Евгения по поводу полностью сгенерированной музыки довольно жёсткая. Когда нейросеть создаёт весь трек самостоятельно, становится непонятно, кто является автором и где в этом процессе вообще находится творческое решение человека. Поэтому более перспективным Евгений считает трансформационный ИИ: - распознавание нот; - разделение трека на отдельные дорожки; - изменение аранжировки; - перевод музыкального материала в другой формат; - автоматизация технической работы. ИИ забирает рутину, но музыкант остаётся автором. 4. Не все данные нужно продавать AI-компаниям У Muse Group есть огромная база качественно размеченных партитур. Это крайне ценные данные для обучения музыкальных моделей. Поэтому к компании приходили AI-стартапы и крупные технологические корпорации, включая Google, с предложениями купить доступ к контенту. Muse Group отказалась. Музыкальное авторское право и без нейросетей устроено сложно. Права могут быть разделены между авторами, исполнителями, издателями, лейблами и другими участниками. Когда этот контент используется для обучения модели, вопросов становится ещё больше: на чём она обучалась, кому принадлежит результат и должен ли первоначальный автор получать компенсацию. Чтобы работать легально, Muse Group заключила десятки тысяч лицензионных договоров с правообладателями и издательствами. Медленно, сложно и дорого. Зато это бизнес, который не строится на надежде, что юристы никогда не придут. 5. Масштабирование компании начинается с того, что основатель перестаёт контролировать всё