ЭВМ в народном хозяйстве: Госбанк, медицина и образование В 1960 году троичная «Сетунь» прошла государственные испытания с 95% полезного времени, хотя для типичной ламповой машины и 75% считались отличным результатом. Собрали её два десятка вчерашних студентов, стоила она 27,5 тысячи рублей со всей периферией, тогда как условный «Минск-32» просился на порядок дороже. Работала по всей стране без запчастей и штатных инженеров, лицензию хотела купить Чехословакия. А потом выпуск свернули совсем. Не из-за поломок и не из-за отсталости. Казанскому заводу машина была невыгодна ровно тем, чем была хороша, и получилось, что дорогая капризная ЭВМ приносила заводу больше, чем дешёвая и безотказная.

В СССР поезд на автопилоте испытали еще в 1957 году. А спустя 15 лет вся система бронирования «Аэрофлота» с сотнями рейсов помещалась в 256 КБ оперативной памяти. Это только два примера того, как ЭВМ внедряли в обычную жизнь. Компьютеры продавали билеты, следили за вагонами, рассчитывали стройки и пытались навести порядок в сельском хозяйстве. Получалось по-разному. На стройке машина помогла понять, что для соблюдения сроков достаточно ускорить всего 10–12% работ. В с/х компьютеры упирались в качество данных: если в отчетах завышали урожайность, машина так же считала завышенные цифры. Как советские компьютеры управляли поездами, самолетами, стройками и колхозами

ЭВМ в народном хозяйстве: поколения, тяжёлая промышленность и энергетика К началу 80-х у «Татнефти» работала иерархическая трёхуровневая система, где датчики на скважинах связывались с кустовыми вычислительными центрами, а те сходились на сердце всего хозяйства в Альметьевске. Локальная сеть тянулась не по одному зданию, а между десятками объектов на сотни километров. По тем временам считайте интернет, только за 15 лет до отраслевой модели уровней, которую промышленность опишет позже. Проблема была в последней миле. До каждой скважины в тайге и болотах кабель не дотягивался, релейки помогали не везде. И тогда данные с удалённых объектов носили в прямом смысле на собственных ногах, в стальном ящике с застёжками и ручкой, прародителе флешки. Посмотрим, как из таких чемоданчиков и американской ЭВМ собралась работающая сеть задолго до термина «корпоративная».

Мышка наших отцов: кто придумал, как работало и где использовали световое перо 60 лет назад операторы ЭВМ тыкали им в экран так же, как мы сегодня стилусом: отметить самолёт-нарушитель, набросать чертёж, поставить точку на графике. По названию кажется, что перо испускает свет. На деле всё наоборот, перо считывает чужой свет. В наконечнике сидит фотоэлемент, который ловит ровно тот миг, когда электронный луч кинескопа пробегает под кончиком. Дальше чистая арифметика по времени, и машина понимает, куда вы тычете. Из этого принципа растёт вся его судьба: наведение на цели в системе ПВО, рисующая программа Сазерленда, стрелочки спортивных комментаторов поверх повтора и оранжевая пушка, из которой дети 90-х стреляли по уткам на «Денди». А потом пришёл плоский экран и убил перо начисто. Поговорим о том, почему на современном мониторе оно бесполезно и во что переродилось.