Как «Чужой» мог выглядеть по сценарию июня 1978 года Ридли Скотт хотел, чтобы экипаж «Ностромо» просыпался из криосна полностью обнажённым. Руководство Fox назвало это порнографией, и актёров в итоге одели в белые шорты. По раскадровкам ранней версии сценария июня 1978 года «Чужой» собирался пойти совсем в другую сторону, чем финальный фильм. К «Матери» в первом варианте приходили не Рипли, а Эш и Даллас. Космический жокей лежал не внутри инопланетного корабля, а в отдельном каменном строении, под которым команда пережидала помехи, и разглядел его на мониторе только Эш. А финал был вообще другой. По ранним раскадровкам Рипли не пытается спрятаться и не рассчитывает на случайность. Она действует напрямую и играет по совсем другим правилам, чем героиня итоговой версии.

Слишком много нот Есть в “Амадее” сцена, которую принято хвалить как вершину актерской работы. Моцарт умирает и диктует “Реквием”. Сальери сидит рядом и записывает: торопится, сбивается, не поспевает. Камера держит лицо Абрахама крупно, и на нем видно, как человек тонет Он там и правда тонет. Том Халс (Моцарт) на съемках нарочно пропускал строчки и перескакивал через куски - сбивал партнера, чтобы тот не успевал по-настоящему. В одном дубле звукорежиссер включил музыку не вовремя, и Халс чтобы потянуть время повторял: “Ля минор… ля минор…” Этот дубль и вошел в фильм С “Амадеем” так все время. Сюжет то и дело выходил за пределы кадра и повторялся на площадке Прочитать историю целиком можно здесь: https://goodadvice4u.substack.com/p/195 __ #фильмнедели #Амадей #Amadeus #энтайтлмент #executivecoach #бизнеспсихолог #goodadvice

От зефира до фаллоса: как Ридли Скотт спас «Чужого» Один из самых узнаваемых киномонстров в истории едва не вышел на экран в виде полурасплавленного зефирного человечка с кучей больших голубых глаз. Именно такой облик готовила студия Fox, и до нормального ксеноморфа не хватало сущей случайности. Сценарист целый год совал продюсерам работы швейцарского художника, а те лишь морщились от лавкрафтовской хтони и твердили, что этот чудак из Европы вообще ни к одному фильму дизайн не делал. Всё перевернулось, когда режиссёр после семи месяцев бесплодных набросков листает принесённую ему из-под пальто книгу и замирает на 65-й странице. Забавно, что человек, притащивший эту самую книгу, был уверен, что выбор падёт на что-нибудь поудачнее, и предпочёл промолчать.

Компьютеры в «Парке юрского периода» ничего не считали. За них это делали люди из соседней комнаты Съёмочная группа не стала ничего имитировать, потому что зрители и в 90-х неплохо разбирались в компьютерах. Технику одолжили у Silicon Graphics и Apple на суммы, эквивалентные примерно 4 миллионам долларов нынешними деньгами, и заставили её работать по-настоящему в кадре. Вот только «по-настоящему» тут с подвохом. Всю графику на мониторы подавала вживую команда из четырёх человек, спрятанная в соседнем помещении. Полгода они готовили анимации, а на съёмках ловили по радио подсказки со сцены и в нужный момент выводили нужную картинку на нужный экран. Актёры делали вид, что управляют системой, а на деле дирижировали ими люди за кадром. И это лишь одна деталь из целого разбора, где нашлось место и суперкомпьютеру с бессмысленно мигающими лампочками, и той самой сцене «Это система Unix, я её знаю».